— Хорошо, — просто согласился я.

Она стала целовать мою щеку в благодарность. Мы попрощались около ее дома. Я пообещал завтра прийти на чай.

Я схожусь и расхожусь с Литой опять.

Максим уже несколько недель, как переехал к метро «Фрунзенская», но с какими-то странными условиями, так что я к нему не заходил. Он снимал комнату. И были какие-то соседи.

Лита… Мы виделись крайне редко. Она уже не ловила мой взгляд в институте: следовать ей за мной и умолять о свидании категорически запрещалось. У нее появилась новая знакомая — Марта, о которой она мне вскользь упомянула. Они познакомились во время очередной толкучки на Неглинной. Та продавала солнечные очки. Они разговорились, и Марта пригласила ее выпить горячий шоколад. Я догадывался, что Марта оказала быстрое и глубокое влияние на Литу. Они были увлечены друг другом. Лите нужно было на кого-то и кому-то изливать свои чувства и эмоции. Даже ее манера повязывать платок на голове изменилась. Они познакомились… Я еще не представлял всю глубину и пропасть этого знакомства. Я вообще ничего не представлял, что происходило: считая, как слышится, так и пишется. Однако…

Раздается звонок. Я думал, это актриса звонит спросить, почему я не пришел на чай.

— Алешенька, здравствуй. — Это звонит актриса, но не та.

Я отвечаю что-то похожее на приветствие.

— Ты не очень обиделся, что я не пошла?

— Мне все равно.

— Я знаю, как ты хотел попасть на встречу сборной с профессионалами Канады…

— Я восхищен твоим знанием.

Пауза.

— И я смогла достать билеты на первый матч.

— Как?

— Я рассказала Марте о твоем желании, и она все устроила.

Марта знала какого-то хоккеиста из сборной. Знание хоккеистов уже относило ее в определенную категорию. Хоккеисты с девочками не дружили. У них не было времени на романсы. Разве что это была школьная страсть и «принцесса» класса до сих пор не сдалась. Тогда они, уязвленные, — герои страны — тратили время, пока не добивались сдачи — верха и низа. А так они с девушками, тем более невинными, не дружили.

— Когда матч?

— Завтра в семь вечера.

— С каких пор ты стала хоккейной болельщицей?

— С тобой мне все интересно. И Марта много рассказывала про эту игру. Мы даже ходили смотреть два матча.

— Я так понимаю, следующий рогоносец будет хоккеистом? Она, случайно, не вербует девочек для спортсменов?!

— Ну, Алеша… Я просто стараюсь не сидеть все время дома, а выходить куда-то.

— Не боишься ходить одна?

— Я не хожу одна. Со мной всегда Марта.

Мы встречаемся у входа в Лужники, и нас сминает дикая толпа. Все оцеплено кордоном. Впервые русские хоккеисты в истории хоккея выходят на лед с канадскими профессионалами. Событие, о котором говорит весь спортивный мир. (Кроме Африки. Там не интересовались зимними видами спорта.) Кто же лучше? Страсти накалены. Мы пробираемся между рядов, и я вижу много разодетых «центровых» юношей и девушек. Это было модно, это было событие семидесятых, и на нем должна была быть вся богема. Фарца, стоматологи, гинекологи, дельцы, бизнесмены, валютчики и прочие «знаменитости». Трибуны забиты, но Лита бесстрашно пробирается к какому-то яркому пятну. Где пустуют два свободных места. Я сверяю с билетами, и оказывается…

— Успели? — спрашивает яркое пятно.

— Здравствуй, милая! — говорит Лита, и они целуются в щеки. — Познакомься, это Алексей, а это…

— Марта, — говорит достаточно модно одетая девушка лет двадцати пяти. Стильно накрашенные глаза, стильный костюм. Никаких мини — изящные брюки и тонкий свитер, обрисовывающий грудь, под горло. Лицо немножко хищное и абсолютно уверенное в правильности каждого движения и поступка.

Гораздо умнее и зрелее Литы, отмечаю про себя.

Почему-то инстинктивно не протягиваю руку, и мы киваем друг другу.

— Садитесь, здесь прекрасные места и очень хорошо видно.

Я сажусь и оказываюсь в середине между ними.

— Лита мне о вас много рассказывала. Она просто бредит вами.

Лита улыбается, но как-то напряженно.

— Вы давно любите хоккей? — задаю я банальный вопрос, чтоб что-то сказать и перевести тему разговора.

— Мой первый любовник был хоккеист.

— И давно это произошло?

— Что, мой первый мужчина?

— Нет, ваше увлечение хоккеем.

Она подумала.

— Лет восемь уже.

Лита смотрит на нее с восхищением и напевно произносит:

— Марта очень смелая и всегда говорит то, что думает.

— Как, например: вы, Алексей, гораздо симпатичней, чем я думала.

— Это комплимент?

— Нет, это реальность.

— Но думаю, моя внешность к вашему увлечению хоккеем не имеет отношения?

Наши глаза внимательно скрещиваются, как шпаги, и какое-то мгновение изучают друг друга.