– Разумеется. Не хочу вдаваться в подробности, но в случае удачи мне удастся разузнать о той ночи, когда пал Арлет. Мне кажется, маги многое умалчивают…

– Делайте, что считаете нужным. Но помните о главном – мне нужно знать планы инкантаторов, все об их оружии и вероятном противнике. Не увлекайтесь.

В сердце ощутимо кольнуло. Фантомная игла дрогнула и слегка нагрелась, давая понять, что ожидает самоуверенную карманницу, если она перестанет слушаться.

Можно было обойтись и без тонких намеков.

Утром первым делом Сантера спрятала свой рюкзак в специальный тайник под раскладным креслом. Место, честно говоря, так себе, но лучшего она спросонья выдумать не смогла. Перекусив в уютном ресторанчике на другом берегу канала, вернулась в квартиру и заперлась на все замки.

Подойдя к зеркалу, трижды повторила в памяти знак, открывающий портал. Уверенной рукой надавила на запотевшую поверхность, стала выводить хаотичные линии, которые складывались во вполне осмысленную картину. Мерзкий косматый паук, раскрывший липкие объятия.

Поставив последнюю точку в рисунке, почувствовала несильные вибрации. Зеркало отозвалось на призыв. От острого ногтя во все стороны пошли волны – поверхность исказила сильная рябь. Паук собрал лапки и потянул ведьму за собой.

«Вот сейчас коза бы пригодилась», – почему-то подумала Сантера, отгоняя чувство брезгливости.

Теперь портал в стене обхватил ее со всех сторон, будто раздумывая: пускать или нет. Будучи девушкой упрямой и до неприличия сильной, Сантера боднула его лбом, желая если не пройти сквозь, то хотя бы прорвать непреклонную магическую субстанцию.

Но раздался расслабляющий звон падающих на пол осколков, и она оказалась посреди озера.

Все тот же странный пейзаж, все такая же глянцевая вода. Убедившись, что, кроме нее, здесь никого нет, ведьма быстро двинулась дальше, на ходу поправляя спрятанную за чулок украденную из ресторана длинную зубастую посеребренную вилку. Та то и дело норовила вонзиться в ляжку, делая походку дерганой. Но это хоть какое-то оружие. Другое рано утром в Пьете достать затруднительно.

Зайдя в лифт, Сантере пришлось поднапрячь воображение. Ну вот что мог означать рисунок толстого зубастого создания с нездоровой ухмылкой на раскормленной харе? А черный квадрат с отметинами когтей? Или тощая тетка с большой головой и мужскими гениталиями?

В какой-то момент Сантере Джелосс, опытной наемнице и просто бесчувственной сволочи, страстно захотелось повернуть обратно. Ну что она в этом цирке уродов забыла? У нее есть дела и поважнее, чем тайны и секреты замшелых столетних магов.

Однако профессионализм все же перевесил врожденное чувство самосохранения. Ткнув в самое понятное и простое изображение: королевская корона, над которой навис предмет, до боли смахивающий на зубную щетку, – стала ждать, чем все закончится.

Кабина тронулась со скоростью пущенной стрелы. Все это время играла расслабляющая музыка. Сцепив зубы, ведьма мечтала только об одном – чтобы на месте приземления вдруг случайно оказался глава «Гатос», великий и ужасный властелин бумажек Нуар.

Торможение превзошло все ожидания – его не было.

Сантере показалось, что ее покатали во рту, тщательно пережевали и, не удовлетворившись вкусовыми качествами, выплюнули на холодный каменный пол. Но хуже всего оказалось осознание того, что вилка во время полета, похоже, погнулась.

Повторив полюбившееся «Ненавижу магов!» сотню раз, если не больше, девушка сделала шаг, вытянув при этом руки, как канатный плясун, убедилась, что конечности слушаются, и облегченно стряхнула невидимые пылинки с подола. Лифта за ее спиной, конечно, уже не было, да он и не требовался. Начиналось самое интересное – сбор информации.

Вокруг вразброс, как веснушки на лице простачка, рассыпались одинаковые деревянные резные двери. Несколько этажей, соединенных хлипкими, истерически скрипящими лесенками. То тут то там выскакивали чудные существа, которых и описать-то было трудно.

Одни бегали с кипами бумаг, другие несли ведра, полные воды, третьи давали указания четвертым, которые бешеными зайцами носились с изысканными кушаньями для инкантаторов. Шум и гам, обычные для рабочей среды.

Ее появление от остальных не укрылось. Нечто больше похожее на лук, научившийся ходить, разговаривать и покрывший себя пирсингом, схватило ее за локоть и прошелестело:

– Не с-с-стой с-с-стобом. Нес-си на кухню. Да пош-шивее!

Сантера послушно подхватила корыто с мыльной водой, в которой плескалась маленькая улыбчивая вырь со стрелой во рту: