— Прекрати валять дурака. Нечего тебе там делать.

Подогреваемая каким-то чувством, которому не могла противостоять, Карла вскочила на ноги и подбоченилась.

— У меня хватит пороху, что бы ни говорил старина Ричард! Я пойду туда!

Ричард хохотал, Кларк бесился.

— Веди себя прилично! — Уайтхед так сжал ее запястье, что Карла снова рухнула в кресло. — Нечего выпендриваться!

— Нет! — Она вырвала руку из его пальцев. Голос ее громко прозвучал в притихшем на секунду зале: — Я умею петь!

Услыхав последние три слова, ведущий помахал Карле.

— Именно это я и хотел услышать, леди и джентльмены. Человека, уверенного в себе! — Он подогрел толпу приглашением: — Покупайте как можно больше этого прекрасного качества у наших очаровательных официанток! — Публика захохотала, но Карла даже бровью не повела, когда конферансье в манишке с бантом поманил ее.

— Почему бы вам не спеть для нас, юная леди, пока вы еще не свалились под стол?

— Отпусти руку, скотина! — Карла вырвалась из цепкой хватки Кларка и сделала два шага, прежде чем он вскочил на ноги и опять поймал ее за руку.

— Ты никуда не пойдешь!

— Послушайте, сэр, — надрывался конферансье, — это всего лишь шутка! Пусть ваша дама покажет нам, как она щебечет!

— Сядь, Кларк, не делай из себя посмешище. — Ричард уже хохотал в голос. — Пусть подурачится, если ей этого хочется!

— Вы такой добрый... — Карла качнулась назад, поднялась на цыпочки и чмокнула Кларка в щеку, спросив себя, зачем она это делает. — Все будет хорошо.

— Ты пьяна, — с отвращением прошептал ей на ухо Кларк. — И в этом платье выглядишь как шлюха.

Но Кларк раньше никогда не сталкивался с решительной Карлой. Он не был готов к ее широкой сладкой улыбке и негромкому смеху.

— Я знаю. — Видимо, он испытал шок, потому что выпустил ее руку, и Карла проделала довольно трудную работу — пересекла танцплощадку. Она споткнулась только дважды, чем вызвала восторг толпы, разразившейся бурными аплодисментами.

— А что же ты сам не попробуешь, Кларк? — Ричард сложил пальцы на животе и уселся поудобнее.

— Да у меня больше шансов выиграть этот дурацкий приз, чем у нее. Глупая корова! — взорвался Кларк.

— Вот я и говорю, что тебе стоит пойти туда? — Все еще развлекаясь, Ричард показал пальцем на сцену. — Она даже стоять-то толком не может в своих сексуальных красных туфлях!

Улыбаясь и покачиваясь на слишком высоких каблуках, Карла взяла у ведущего микрофон, поклонилась публике так низко, что из платья чуть не вывалилась грудь. Она полностью отключилась от реальности. От нее — как, впрочем, и от любого выходящего на сцену — ждали, что она выставит себя полной идиоткой.

— Ну что за стерва! — Лицо Кларка было перекошено гневом. — Я убью ее, заразу!

— Послушай, Кларк... — Ричард Макнайверс проглотил свой двойной виски. — Она роскошная женщина. Если грудки могут победить, а они обычно берутся в расчет, у нее не будет конкуренток!

— Ни одна женщина еще не выставляла меня таким идиотом. Это нельзя оставить безнаказанным!

— Вы не будете возражать, если я сниму туфли? — спросила Карла у ведущего. Чувствительный микрофон оповестил всех в зале о ее желании.

— Снимайте что хотите, дорогая, — ответил ведущий. — Не думаю, что кто-нибудь здесь станет возражать.

Без туфель Карле удавалось лучше держаться на ногах. Она повернулась к ведущему, который поинтересовался:

— А вы хоть когда-нибудь пели?

— Только не в караоке. Конферансье повернулся к толпе.

— Дело обещает быть интересным, леди и джентльмены! — Он жестом показал на большой телевизионный экран, на котором по видео собирались включить клип без звука; слова большими буквами подавались внизу экрана бегущей строкой.

Ведущий, играя на публику, вздохнул, пожал плечами и покачал головой.

— Как вас зовут?

— Карла.

— Хорошо, Карла. Не забывайте, что сегодня на кону денежный приз в две сотни фунтов. Может, эта новость заставит улыбнуться вашего молодого человека, а? Как его зовут?

— Марк.

— Марк?

Только тут ошеломленная Карла поняла, что она сказала.

— Кларк Уайтхед, — быстро поправилась она, надеясь, что Кларк не заметил ее оговорки.

— Да она пьянее, чем я думал! — насмешливо расхохотался Ричард. Кларк сделал вид, что тоже смеется.