Скрепкин передал носилки Мешалкину и полез за телефоном. Несколько раз сегодня они уже пытались дозвониться до отца Харитона, но так и не застали его. Хомяков хотел позвонить жене, чтобы она не волновалась прежде времени, но телефон не отвечал. Юра тоже звонил. Он звонил Куравлеву. Но и Куравлева не было дома. Наверное, он уехал сниматься в кино.

Скрепкин на ходу набрал номер, поднес трубку к уху.

– Не отвечают, – наконец сказал он. – Никто трубку не берет.

– Говно твоя трубка! – вздохнул Абатуров. – Вот раньше телефоны нормальные были. Накрутил диск… Алё, барышня!.. Соедините с МТС…

ИСТРБЕСЫ не заметили, как солнце окончательно скрылось за горизонтом и стало совсем темно.

– Эка! – Абатуров остановился. – Как-то резко потемнело. Только что солнце еще светило, – он перекрестился. – Надо поспешать.

Не успел он этого сказать, как справа завыло. ИСТРБЕСЫ прибавили шагу. До церкви было уже рукой подать.

– Быстрее! Быстрее! – торопил Абатуров.

– Стой, кто идет?! – раздался из темноты неприятно знакомый голос. – Хенде хох!

По этой команде, как будто из-под земли, перед ИСТРБЕСАМИ взлетели руки с длинными ногтями, под которые набилась черная земля могил. Руки зависли в воздухе, нацелившись ногтями на ИСТРБЕСОВ, и замерли.

Абатуров отшатнулся и налетел на Коновалова, который от неожиданности выпустил свой край носилок из рук. Петькины ноги соскользнули и стукнули Коновалова по лодыжкам.

– Не успели, – прошептал дед Семен. – Занимай круговую оборону!

Из темноты выступили фигуры в плащ-палатках. ИСТРБЕСЫ встали с кольями наперевес вокруг носилок. Монстры шипели.

Упырь Стропалев кинулся на людей, но отступил – Скрепкин чуть не проколол его.

– Я до тебя еще доберусь! – зашипел вампир.

– Иди на хер! – не испугался Леня.

– Взять их! – приказал Жадов своим рукам.

И руки Жадова, как истребители, кинулись на людей.

Коновалов подпрыгнул и врезал по одной руке колом. Рука отлетела назад и повисла в воздухе. Пальцы угрожающе шевелились.

Вторую руку удалось точно так же отбить Мешалкину. Все-таки приобретенный опыт помогал им в борьбе.

– Ребята! – крикнул Абатуров. – Надо к церкви двигаться, а то, чувствую, сейчас набежит этих тварей до хрена и нам не прорваться! Юрка, Степаныч, хватайте носилки!

Хомяков и Мешалкин взяли носилки. Оставшиеся встали вокруг, и люди медленно начали двигаться в сторону церкви.

Дед Семен направлял на вампиров икону, но она почему-то опять не действовала. И вампиры только злобно хохотали над Абатуровым.

Со стороны деревни послышались вой и топот. Это на подмогу Жадову и Стропалеву спешили недобитые вампиры и волки-оборотни.

Жадов снова отдал приказ рукам. Руки Жадова взметнулись высоко в небо и оттуда спикировали на людей.

Дед Семен, как щитом, прикрылся иконой. Одна рука стукнулась об нее и отлетела в сторону, недовольно скрючившись.

Вторую руку отбил Скрепкин. Эта рука перекувырнулась в воздухе и упала на тело Петьки Углова. Коновалов размахнулся и проткнул проклятую руку колом. Кол проткнул руку насквозь и воткнулся в Петькино тело. Рука монстра вспыхнула. Коновалов поднял кол над головой, как факел, выступил вперед и, размахивая горящим оружием, стал прокладывать дорогу.

Жадов завизжал, лицо у него перекосилось от боли. Видимо, хоть его руки и были отделены от тела, какая-то связь между ними оставалась. Жадов упал на колени и зашипел.

Воспользовавшись удобным моментом, Скрепкин воткнул свой кол прямо ему в грудь. Монстр вспыхнул. У висевшего на его груди автомата перегорел ремень. Автомат упал на землю. Скрепкин ногой отшвырнул автомат подальше от горящего упыря, схватил его и сунул к Петьке в носилки.

Оставшаяся без центра управления рука монстра кружилась сверху над людьми. В какой-то момент она бросилась вниз и была наколота на кол Коновалова. Огонь охватил и ее.

Медленно, но верно, люди продолжали двигаться к церкви.

Оставшись без друга, вампир Стропалев растерялся.

Дед Семен почувствовал это. И еще ощутил, что в его пожилой организм поступила большая порция адреналина, как на войне.

Он вышел вперед.

– Я с ним сам разберусь! Не трогать его! Он мой!

Стропалев попятился. Он явно почувствовал силу, которая на время влилась в старое тело Абатурова.

Дед Семен, прикрываясь иконой, как щитом, поднял кол. Он был похож на пешего святого Георгия, разящего змею.