— Вот такой расклад, — сказал он Монтесу. — Бери Келли и оставайся с ней, сколько хочешь. За мой счет.

Она твердила себе: «Спокойно, не волнуйся. Зайди в спальню за курткой. А как только он разденется, заяви ему прямо — „Я не уличная шлюха“. И поскорее уходи из этого дома».

Она допила коктейль и направилась в холл, но ее остановил голос старика:

— Посмотри, как ей не терпится! Ступай, ступай, Монтес, отведи ее наверх и уложи в постель.

Келли развернулась на полпути к лестнице, а старик засмеялся.

Она заметила — Монтес ждет, словно хочет что-то сказать.

Старик выпил немного водки.

— Сэр, вы не против, если я возьму не ее, а Хлою? — осведомился Монтес.

Мистер Парадизо недоуменно уставился на него.

— Я хочу сказать, что мне так или иначе досталась бы одна из них, когда вы подбросили монету. — Монтес пожал плечами, дав понять, что выбор не имеет для него значения. — Вы можете уступить мне Хлою, мистер Парадиз?

— Ничего себе! — вмешалась Хлоя.

— Видит бог, я хотел тебя уважить — предложил лакомый кусочек за девятьсот долларов! — возмутился мистер Парадизо. — Но нет, она тебя не устраивает, и ты желаешь другую. Я отдаю Ллойду дорогую одежду со своего плеча, и он это ценит. Очень ценит! «Спасибо вам, мистер Парадиз, благодарю вас, сэр». А вот ты вечно недоволен, не так ли? Оскорбляешь меня в ответ на мою доброту.

— Ладно, как хотите, — отозвался Монтес.

Он подошел к Келли. Она с удивлением отметила, что лицо у него спокойное, лишенное какого-либо отчетливого выражения. Вдруг Монтес грубо схватил ее за руку, потащил к лестнице и на второй этаж. Келли еле поспевала за ним в теннисных туфлях. Они подошли к той спальне, где они с Хлоей оставили свои куртки, и Монтес втолкнул ее внутрь. В ванной по-прежнему горел свет. Она повернулась к нему и сказала:

— Я не лягу с тобой в постель, даже не надейся!

Он встал в дверях, спиной к ней, и поглядел вниз.

— Послушай, тут нет ничего личного, — пояснила она.

Он обернулся, но не ответил и не сдвинулся с места.

Келли вошла в ванную, закурила сигарету и допила свой коктейль. Почти нетронутый коктейль Хлои стоял на стойке. Она взяла его и выпила до дна, посмотрелась в зеркало, увидев свое лицо с ярко накрашенными глазами и нарочито встрепанными волосами. Потом вернулась в спальню. Монтес по-прежнему был в дверях. Она присела на край огромной трехспальной кровати, снова закурила и стряхнула пепел в пепельницу на ночном столике. Повернула лампу. Пепельница была от «Пьера» из Нью-Йорка.

Келли поглядела Монтесу в спину, на его полосатый костюм, гадая, что он станет делать и о чем сейчас думает.

Почему он не набросился на нее и не повалил на кровать?

Почему он желал заняться любовью с Хлоей, а не с ней?

Ее это нисколько не обидело.

У Хлои грудь больше; наверное, поэтому. Монтес уже давно сделал стойку на Хлою. Если он повернется, она ему все разъяснит: «Знаешь, я не та, за кого ты меня принимаешь. Я не проститутка, понял? Мужчина должен мне очень нравиться, я должна быть в него влюблена, и лишь тогда я с ним лягу. А с тобой мы почти незнакомы». Вот так, уболтать его! Она расскажет, что у нее был друг, афроамериканец, отличный парень, закончил университет, хотя вырос в бедной семье.

Но Монтес ни на шаг не отодвинулся от двери.

— Что ты делаешь? — обратилась она к нему.

Он не ответил.

Она подумала, что ей стоит умыться и стереть боевую раскраску, но ей тоже не хотелось двигаться. Он к чему-то прислушивается, догадалась она и немного успокоилась. Закурила сигарету, выбросила окурок, зажгла следующую.

Келли заметила, как Монтес дернулся, когда внизу прогремели выстрелы. В кино так никогда не стреляют. Вот, значит, на что это похоже! Келли выронила сигарету; вскочив, она поспешно подняла с ковра тлеющий окурок, швырнула его в пепельницу, а когда опять посмотрела на дверь, Монтеса уже не было.

Келли накинула куртку. Прихватила лежавший на кровати жакет Хлои и вышла в коридор.

Он стоял на лестнице, по которой они поднялись, перегнувшись через перила, и глядел на освещенный холл. Келли начала спускаться к нему, держась за стену. Монтес чего-то ждал. Или кого-то. Он крикнул: «Эй!» — и это ее остановило. Он снова стал ждать.

А затем побежал вниз.

Келли присела на корточки, ухватилась за мраморный столбик и посмотрела на пустую прихожую. Из гостиной доносились голоса, но она не смогла разобрать ни слова. Монтес говорил с какими-то двумя неизвестными; судя по их грозным интонациям, они спорили. Двое против одного. Она набросила жакет Хлои на перила и опять пригнулась.