Краем глаза я увидел перемахнувшую ограду черную фигуру с развевающимися кожистыми крыльями за спиной. Вражек мягко приземлился, тут же, с места, перешел на бег. Донеслись его матюги.

Я продолжал бежать, на ходу расстегнул суму.

Профиль резанул слух сиреной, возникло новое сообщение:

Плевать!

Теперь уже на все плевать!

— Что дальше?! — заорал Вражек.

Вместо ответа я вытащил наконец большой, с голову ребенка размером, алый камень. Удерживая его двумя руками, вскинул над головой и ударил о ближайшую могильную плиту.

Резкий взрыв! Плазменный свет окрасил на миг мир, в ушах зазвенело от дикого животного воя.

Я обернулся. Сердце успело екнуть, а в живот словно опустилась глыба льда. От монастыря Святого Павлентия к нам мчались человек двадцать инквизиторов. Все маги, все с посохами и иным оружием. Только двое ниже меня по уровню, остальные превосходят как минимум на два-три!

— Серый Лис! — завопил Вражек. — Твою же…

И тут толпа инков замедлилась. На их лицах появилось недоумение, послышались испуганные вопросы.

Я оглянулся, и мои губы перекосила довольная усмешка.

Ну как тут не замедлиться, когда на святой земле, на собственной территории вдруг полезли на свет десятки мертвых рыцарей, полуразложившихся зомби и Мертвых Всадников?! Встала на дыбы земля, с грохотом обрушились памятники, и покрылись трещинами надгробные плиты. Сквозь провалы в земле вырвались гейзеры, выбрасывая в небо пепел.

Перед глазами выпала шильда с торжественной надписью:

Видя, как у бедного Вражека вытянулась физиономия, я сказал удовлетворенно:

— Вот теперь можно и к выполнению заказа приступить. Кто тут хотел пожар устроить?

За моей спиной было уже трупов тридцать, а из-под земли не переставали вылезать все новые и новые. Многие в рваных и грязных саванах, другие в проржавелых насквозь доспехах, со сломанными мечами.

Кладбище окутало алой мембраной защитного заклинания. На периферии зрения возникла гусеничка, сообщающая, сколько еще осталось силы в артефакте. Сейчас он выработал ресурс всего на шесть процентов. Но ведь и инквизиторов в городе немало. Таких вот «Судных Дней» штук десять нужно, чтобы почувствовать себя в безопасности!

— Ты что натворил?! — крикнул Вражек обреченно. — Мы же должны были пробраться туда незаметно! А теперь сюда весь город сбежится!

Я не стал спорить. Кто знает, смог бы я с такой статой пробраться в монастырь незамеченным? Да и о дополнительном заказе от Месмерита вампир тоже не знает. В любом случае — уже поздно. Что сделано, то сделано.

В выпавшем меню я поспешно распределил цели: нас с Вражеком отметил как «дружеских юнитов», а инквизиторов и монастырь определил во «враги».

— Именем Ордена святой инквизиции, — крикнул один из инков, — приказываю вам… э-э… загнать мертвецов в могилы и сдаться!

М-да. Получилось у него как-то совсем неуверенно.

Мы с Вражеком переглянулись. Кажется, вампир уже пришел в себя и теперь начал продумывать дальнейшие действия. И, судя по разбойничьему блеску в глазах и нехорошей клыкастой улыбке, он решил как следует повеселиться напоследок.

— А чем это хуже поджога? — спросил он, вытаскивая из-под плаща за спиной меч.

Мне он определенно понравился. Кажется, вот такой меч с волнистым лезвием называется фламбергом. Оружие страшное и беспощадное. Особенность формы и заточки клинка позволяла рубить в капусту практически любой тяжелый рыцарский доспех. А что происходило с телом внутри того доспеха, и вспоминать страшно! Думаю, вместо красочных и тошнотворных описаний будет достаточно сказать, что Церковь, реальная, а не игровая, прокляла фламберг как оружие мучительной смерти! И это-то по меркам морали того времени и их о-о-очень сомнительной гуманности! А все оттого, что при соприкосновении волнообразного лезвия с броней случался достаточно предсказуемый финал, ибо распотрошенного и порубленного, будто пилой, человека не то что спасти, а часто и банально заштопать не в силах был ни один из тогдашних лекарей. Как итог — любого, обладающего подобным оружием, если захватывали в плен, немедленно казнили, забив на обычную для рыцарей возможность выкупа или откупа.

На фоне зловещего фламберга мой клинок выглядел детской игрушкой. Поэтому я даже вытаскивать его не стал. Отступил в толпу мертвецов, постарался не дышать. Вонь от них такая, что желудок сотрясает болезненная судорога.

— Подожди! — сказал я вампиру, который уже хотел лезть в драку. — Рано еще сталью звенеть!

Вражек быстро перевел взгляд с меня на отряд инквизиторов. Серые братья, к их чести, не растерялись. Они разбились на три группы, стараясь никого не выпустить с разоренного кладбища. Кажется, готовят что-то вроде групповой атаки.