— Не за что, — с достоинством ответила Лея, сгребая банки в кучу. — Ты бы, Серёгин, жил бы да радовался, сколько мы жизней спасли — оболочка тех снарядов, между прочим, не вечная — а вместо этого уже второй час стенаешь о том, сколько мы ещё могли шляться на воле, если бы не наша замечательная находка. Может, тебе ещё медаль дадут… посмертно.

— А что это? — Микки схватила одну из банок, встряхнула и поднесла к уху. — Снаряды?

— Угадала, — желчно отозвался Совок. — Глюкозо-холестериновые бомбы замедленного действия. И хватит их трясти, словно копилку с мелочью — ещё сдетонируют…

— Совок учится шутить, — объяснила Лея побледневшей девочке, пронзая вулканца убийственным взглядом. — Я вижу, как в его душе разгораются первые робкие огни человечности… жуткое зрелище. Давайте попробуем сварить одну банку для начала, посмотрим, что получится. Айл, тащи с кухни кастрюлю и кипятильник.

— Кастрюлю и кипятильник?! — в ужасе завопил Айл. — Ты издеваешься, что ли? И где я тебе возьму кухню, если казарма находится на полном централизованном обеспечении?

— Ну, это как раз не проблема, — Тира сняла с вешалки тёплую куртку и выскользнула из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

Айл, как-то неопределённо хмыкнув, присел на свою кровать, вытянув поперёк прохода длинные ноги. Энтузиазмом он на этот раз, разнообразия ради, не светился.

— Поверить не могу, что тебе слабо обнаружить на этой базе два столь банальных предмета, — тихо произнесла Эван, присаживаясь рядом. — Она не так уж велика.

— Я… это… — Айл вздохнул и тоскливо посмотрел на Лею и Ваньку, в цветах и красках живописующих перед Микки подробности недавнего приключения. — Пойми меня правильно, Эван, я очень хорошо отношусь к твоей сестре, она хороший друг, надёжный товарищ и всё такое прочее, но… то есть ты, конечно, тоже хороший друг, — испуганно уточнил он. — И Тира, и Т'Ария, и, даже, в какой-то степени, Линка. Я вообще очень уважаю девчонок, просто… — он окончательно сник и замолчал, раздражённо наматывая на пальцы прядь белокурых волос.

— Слушай, говори прямо, — сжалилась над малурианцем Эван. — Мне не привыкать.

— Словом, я никак не думал, что Лея станет моим командиром! — шопотом выдохнул Айл. — Я искренне за неё рад, но лично для меня это перебор.

— ???

— У меня на родине женщины в армии не служат, — угрюмо пояснил Айл. — И уж, конечно, не командуют подразделениями. Извини.

— Ну, во-первых, ты не на родине, — насупилась Эван.

— Знаю, знаю, — вздохнул Айл. — Я над собой работаю.

— Во-вторых, как же твой отец работает на «Худе»? Там же половина командиров — женщины!

— О, мой отец — человек широких взглядов. В конце концов, он был женат на моей матери, что уже само по себе говорит о многом. Едва ли после такого он будет задаваться вопросами половой дифференцианции командного состава. Но он уже почти двадцать лет служит Федерации, а я — только начинаю.

— Я смотрю, твой отец не очень-то утруждал себя твоим воспитанием, — произнесла Эван, неприятно поражённая этой загадочной реакцией Айла на назначение Леи.

— Прямо в точку, — Айл щёлкнул пальцами. — До восемнадцати лет я жил во дво… в общем, с родителями отца. Видел его от случая к случаю — большой праздник для меня и для него — два-три раза в год самое лучшее. Потом я сменил пару университетов, но, опять же, на Малурии, и вот я здесь. Сказать, что мне здесь нравится — не сказать ничего. Впервые в жизни я чувствую себя на своём месте. Однако не всё так просто. Умом я понимаю, что Лея будет отличным командиром, может, и не таким, как Литгоу, но всяко лучше, чем я, — он невесело усмехнулся, — но подчиняться её приказам… невыносимо. Прости, — он устало потёр лицо ладонями, на мгновение растеряв всю свою показную легкомысленность, и став тем, кто он есть — вернее тем, кем он не хотел быть.

— Что ж, — Эван незаметно улыбнулась краешком рта. — По крайней мере, ты не безнадёжен.

— Тире не говори, ладно? — пробормотал Айл, не убирая рук от лица. — Она меня живьём съест под эту вашу сгущёнку и не подавится.

— Не скажу, — пообещала Эван и мрачно добавила. — И, кстати, насчёт кастрюли и кипятильника — так это был не приказ, а дружеский пинок в нужном направлении. Ошибка иного порядка, да ещё и, упаси Господь, в условном бою, может обойтись тебе дорого.

— Знаю, — успел прошептать в ответ Айл, прежде чем Лея подошла к ним снова. — И у меня нет желания ошибаться.

— О чем речь? — Лея уселась напротив Айла и Эван, переплетая косу. — Где это ты не хочешь ошибаться?

— Нигде не хочу, — твёрдо ответил Айл, бросив на Эван панический взгляд. — Хотя это и непросто… Ты уже почистила банки?

— А то! Осталось только дождаться Тиру.

— А что меня ждать — вот она я, — раздался из-за двери бодрый голосок Тиры и в комнату вошла… кастрюля. За ней — где-то очень не сразу — появилась и сама Тира, с трудом удерживающая в руках этот допотопный кошмар. — Ну как, годится? — пропыхтела она, с трудом протискиваясь в двери. — Кипятильник там, внутри.

Какое-то время все смотрели на Тиру и результат её пятнадцатиминутного похода во славу грядущей вечеринки совершенно молча, затем шестеро из девяти присутствующих рухнули на пол и скорчились в приступе дикого хохота.

— Ну что тут такого смешного? — сквозь зубы процедил Совок, тиская в руках одну из многострадальных банок (Эван была уверена — расцепи вулканец пальцы хотя бы на секунду, и он неминуемо расхохочется вместе с остальными). — Вы же заказывали кастрюлю — вот она, пожалуйста. А то, что в ней воды литров пятьдесят…