— Как вас зовут? — обратился он к молодому клингону.

— Камараг! Что, начальству решил нажаловаться? — захохотал тот. — Думаешь, прибегут тебя охранять? Не надейся!..

— Камараг, возьмите, пожалуйста, два одинаковых кинжала — я знаю, у вас есть — и спускайтесь сюда. Очень хорошо. Как вы оцениваете расстояние до этой двери?

— Шагов двадцать… двадцать пять.

— Двадцать три, если быть точным. Причём ваших собственных. Видите вон того таракана?

— Ну да…

— Попадёте в него, не сходя с этого места?..

— Легко!

— Действуйте, в таком случае.

Камараг тщательно прицелился, прищурил один глаз, метнул кинжал… и промазал. По аудитории прокатился разочарованный гул. Сорел взял протянутый ему Камарагом второй кинжал и, почти не целясь, отправил его вслед за вторым.

Таракан умер, не успев испытать и части тех страданий, что выпали на долю несчастного Камарага, пока он возвращался на своё место. Такое впечатление, что каждый из тех, кто мог до него дотянуться, считал своим долгом навешать ему пинков и подзатыльников.

— Так вот, — как ни в чём ни бывало продолжил Сорел. — В бою вас ждёт тоже самое, если вы не откажетесь от своих предрассудков, наконец, и не начнёте заниматься как следует. Я не прошу вас сдать оружие, просто уберите его со столов и попытайтесь сосредоточиться на лекции.

Демонстрация произвела на курсантов впечатление. Они постепенно замолчали, один за другим уставились на мелкого, но исключительно нахального преподавателя и приготовились слушать.

Сорел мельком взглянул на последний ряд — его курсанты буквально светились от гордости, что это не какой-нибудь там левый преподаватель, а конкретно их собственный. Вот и славно. По крайней мере, теперь есть надежда, что на этот раз ритуальной драки во время перерыва не будет.

— Итак, начнём… Первая лекция будет носить вводный характер, — начал он. — В ней на основе интуитивных представлений о пределе вводятся основные понятия математического анализа; мы также попробуем установить связь между производной и интегралом и разобрать элементы техники дифференцирования и интегрирования, необходимые тем из вас, кто изучает параллельно физику многомерных пространств. Я придерживаюсь точки зрения — традиционной, впрочем — что основные факты математического анализа сначала должны быть изложены для функций одной переменной, а затем уже для многих переменных. Такой подход обеспечивает правильную перспективу. Ведь во второй половине курса — в таких разделах, как ряды Фурье — Тагх'рат — вам придётся овладевать представлением о бесконечномерности функциональных пространств…

(Это только снаряды два раза в одну и ту же воронку не падают. А курс математического анализа С.М.Никольского на одну и ту же голову — запросто! — прим. автора.)

На этом душещипательном моменте все издохли окончательно.

Спустя сорок минут, когда измученный ревматической болью в старом переломе и упрямыми курсантами из высокопоставленных семейств, генерал Торм возвращался обратно в свой кабинет, он остановился возле аудитории, где читал свою лекцию Сорел. Его привлекла необычная тишина, которую нарушал лишь спокойный размеренный голос вулканца:

— …итак, мы определили площадь данной криволинейной фигуры. Возникает вопрос, имеет ли каждая такая фигура площадь, иначе говоря, стремится ли на самом деле к конечному пределу её интегральная сумма Sn, когда максимальная ? xi стремится к нулю? На этот вопрос нам попытается ответить… Вистор.

— Невероятно! — пробормотал старый начальник училища. — Он всё ещё жив! Куда катится этот мир?!

Старик с усмешкой покачал головой и медленно пошёл в свой кабинет, опираясь на кривую суковатую палку. Надо будет потом поинтересоваться у этого вулканца, скольких ему пришлось убить, чтобы убедить остальных прислушаться к его мнению.

…После лекции Сорел выслушал вопросы от тех, кто сумел что-то понять, с удивлением отметив, что таких оказалось вовсе не так уж мало, как он опасался. Та же Вистор проявила весьма неожиданную для своих лет сообразительность и гибкость ума. Затем он немного поговорил со своими курсантами и отправился на один из старших курсов — читать лекцию по базовым сведениям о стратегии и тактике… устаревшие лет тридцать назад, разумеется. Неважно. Для молодых клингонов и это будет откровением.

Сорел оказался прав. Старшекурсники выглядели серьёзно и злобно. Внимательно выслушав всю лекцию, которую в гробовой тишине читал вулканец, они собрались и ушли, не задав ни единого вопроса.

Всё это было гораздо страшнее высокомерного Камарага, кинжалов и взрывпакета, вместе взятых. Сорел в очередной раз задался вопросом — кому всё это нужно?..

Ваня, Лея и Сэлв стояли в коридоре, вполголоса обсуждая события минувшей лекции.

— А интересно, что бы Сорел стал делать, если бы Камараг попал в того таракана? — спросил Ваня.

— Придумал бы что-нибудь ещё, — пожала плечами Лея. — Он всегда находит выход из ситуации.

— Уверена?

— Он почти четыре года провёл на «Худе» в службе безопасности. И жалоб вроде бы не было.