— У меня плохое предчувствие, — произнёс Айл.

— У меня тоже, — согласилась Тира. — Что-то тут такое происходит. И провалиться мне на этом месте, если наши пропавшие друзья не имеют к этому взрыву никакого отношения.

Достойным финалом этого дня стало то, что Н'Кай вляпался в смолу, да не как-нибудь, а волосами. Как и где это произошло — осталось загадкой для всех. Вероятно, он просто прислонился в темноте к какому нибудь хвойному дереву, и смола стекла ему на косички, а усталый Н'Кай ничего не почувствовал и отправился вслед за друзьями, лишь тряхнув головой, когда липкая субстанция потянула его за волосы. Свежая смола легко оторвалась от дерева и отправилась дальше уже на причёске ромуланца, с каждой минутой застывая всё надёжнее и склеивая косички в липкую монолитную массу.

Благодаря разбитым кроссовкам вышеупомянутого товарища, Сорел сумел одолеть последнюю часть пути, пролегавшую через лес, хотя выглядел при этом всё равно мрачно и грустно. Лея, Эван и Алекс особенно усталыми не казались — ну, разве что немного потрёпанными…

Фонарика у них с собой, естественно не оказалось, и путь через густой лес в подступающих сумерках очень быстро превратился в увлекательный аттракцион под названием «догони меня, бревно» — время от времени во тьме были слышны глухие удары и треск ломающихся веток, после чего тишину разрывали интереснейшие выражения на русском и ромуланском, не считая клингонских вариаций в тему; а один раз, после особо звучного падения, в пространство полетели такие вулканские выражения, что даже у Леи с Тардом глаза на лоб полезли.

В конечном итоге Лея отдала идущей впереди Эван свою зажигалку — не бог весть какое освещение, конечно, но всё ж таки не ничего. Зажигалка была старинная, газовая, и Эван из экономии (а также из опасения обжечь себе пальцы) зажигала её лишь время от времени, в результате чего падений всё равно меньше не стало, зато возможностей созерцать это скорбное зрелище — гораздо больше.

Внезапно она остановилась. Остальные, вынужденные идти за ней след в след — тоже.

— Давайте голосовать, — произнесла Эван. — Идти дальше или вернуться обратно?

— Вернуться?! — простонала Алекс, простирая руки к ночному небу. — Мы даже не предупрелили Джона, что не вернёмся ночевать!..

— Я не вернусь, — вздохнул Н'Кай. — Надо Сарэку про орден С'Хариена рассказать. И про взрыв тоже…

— Да уж, — вздохнула Лея, в очередной раз переплетая непривычно коротенькие косы, из которых постоянно выпадали непослушные светлые пряди. — Тут я полностью согласна с товарищем Тардом… Возвращаться смысла нет. Сорел?

— Дальше идти нелогично. Обратно — тоже… Оставаться на месте бессмысленно. Следовательно…

— Спасибо, Сорел, мы всё поняли! — испуганно произнесла Эван, серьёзно опасаясь, что вулканец сейчас зарядит лекцию о тщёте всего сущего часа на полтора, а в таком настроении он вполне был на это способен. — Что ж, выбора нет… идём дальше.

— Между прочим, ещё совсем не поздно, — сказала Лея, глядя на звёзды. — Просто в этих краях темнеет рано, а мы ещё и в лесу к тому же.

— Интересно, почему же мне тогда всё время кажется, что я вот-вот засну? — поинтересовалась Алекс.

— Десятый час, максимум, — пожала плечами Лея. — Какой сон?

— Продемонстрировать?

— Люди, — очень спокойно произнёс Н'Кай. — Если мы прямо сейчас куда-нибудь не пойдём, я кого-нибудь укушу.

— Укусит, — подтвердил Сорел. — Причём у меня такое впечатление, что я близок к тому, чтобы поддержать его в этом начинании.

— Прошу заметить, — весомо добавил ромуланец. — Он не шутил.

— Будь проклят тот час, когда я нашёл этот долбаный листок бумаги! — в сердцах произнёс Айл, в очередной раз пытаясь разобрать что-то в Леиных непутёвых заметках.

Его пятая по счёту попытка подбить что-нибудь съедобное только что с треском провалилась. Единственной жертвой его охотничьего мастерства стал всё тот же кондор, в многострадальный зад которого попала одна из Айловых светло-голубых молний…Этого почтенная птица вынести, конечно, уже не смогла. Рассказывают, что после этого случая кондор два дня без остановки летел аж до самой Аргентины, где и зажил тихой жизнью плантатора. Во всяком случае, в Эль-Сентро его никто и никогда больше не видел.

— А ведь могли бы сидеть дома… — Айл грустно посмотрел на Тиру, — …ужинать!

Тира усмехнулась и подозвала файров. Минуту спустя те прыгнули в Промежуток, а спустя ещё пять появились вновь — с батоном хлеба и куском ветчины. На спинке Зиры красовался отпечаток вафельного полотенца Франсуазы, что, впрочем, не помешало им блестяще справится с заданием. Айл усмехнулся, однако бутерброды съел с удовольствием, не забывая щедро угощать файров вслед за Тирой. Воды у них ещё оставалось предостаточно, так что ночёвка, кажется, предстояла вполне романтическая.