Шрифт:
Третий акт подошел к концу. Несмотря на всплески восторга, вспышки счастья, смерть Виолетты всегда была трагедией. Тина почувствовала, как в финале слезы покатились из ее глаз. Удивительно, почему эта история так сильно повлияла на нее? Ведь это была просто выдуманная история, вымысел. И все же она прочувствовала трагедию бессмысленной любви Виолетты как свою.
Через несколько дней она будет вправе вернуться домой.
Свободна. Тина не закончит, как Виолетта. Она не позволит этому случиться! И все равно ее немного трясло. Тина пыталась контролировать себя, но не могла, а еще этот шатающийся под ногами пол… Она хотела сохранить спокойствие, по крайней мере до финала.
— Что ты думаешь? — спросил ее Лука, когда они встали со своих мест, хлопая певцам и оркестру в благодарность за великолепное исполнение. — Ты все поняла?
Тина фыркнула сквозь слезы и кивнула. Самому Луке этого никогда не понять…
В ту ночь сон не шел к ней.
Тина лежала с открытыми глазами, слушая размеренное дыхание Луки и звуки проплывающих мимо судов.
В конце концов Тина перестала пытаться уснуть. Она надела шелковое платье цвета нефрита и продолжила свое ночное раздумье у окна, чувствуя себя несчастной и одинокой. Она смотрела на широкий канал, наслаждаясь видом, который уже совсем скоро останется лишь приятным воспоминанием. И хотя Тина пыталась убедить себя, что в ее настроении виновата опера, в глубине души она знала: это не так.
Это чувство шло из нее самой.
Она вздохнула. Ветер поднимался и уносил с собой запах уходящего лета. Вечера стали гораздо холоднее, облака все чаще появлялись на небе, закрывали луну и солнце.
Тина стояла у открытого окна и наслаждалась всем этим, мысленно складывая в альбом фотографии этой ночи, запахи и образы, которые она сможет посмотреть, когда вернется домой. На следующей неделе. От тоски все у нее внутри сжалось. Все это происходит слишком рано…
Тина почувствовала какое-то движение позади. Она услышала шум, как будто что-то разрывают, и заставила себя повернуть голову.
— Не оборачивайся! — приказал Лука.
— Что ты делаешь?
— То, что захотел делать, как только увидел тебя, стоящую здесь у окна, — сказал он, и что-то в его голосе заставило ее испытать уже хорошо знакомые примитивные острые ощущения, приятное чувство ожидания. Она повернулась назад, лицом к окну, к темному каналу. — Продолжай наблюдать за водой и лодками.
— Как тебе будет угодно, — сказала Тина.
Улыбка коснулась ее губ. Она почувствовала жар у себя за спиной. Ее губы расплылись в улыбке, которая отчетливо связывалась с мыслями о сексе. Тина вздохнула. О боже, ей будет не хватать этого…
Она схватила ближайшую занавеску, чтобы закрыть окно.
— Не трогай их, — сказал Лука. — Не трогай занавески. Я хочу, чтобы ты держалась руками за перила балкона.
— Но мы не можем… Не здесь… Не на балконе… Гондолы… — В бурном потоке мыслей Тине удалось выловить истину об их времяпрепровождении.
— Да. Здесь, на балконе. С лодками. — Лука опустился ниже, к изгибу ее шеи, целуя ее кожу, кусая плоть, разжигая огонь.
— Но… — Она задыхалась.
— Продолжай наблюдать, — сказал Лука, когда она попыталась повернуться, протестуя, но он прижал Тину к прохладной мраморной балюстраде, припав к ее спине, тяжело дыша. — Нас могут увидеть, — прошептал он, когда она почувствовала, что он приподнял подол ее платья, кончиками пальцев щекоча чувствительную кожу на внутренней стороне колена, заставляя ее тело дрожать и испытывать тайное удовольствие. — Даже если кто-то смотрит, все, что они увидят, будут лишь тени у окна. Одна тень, в которой ты и я слились вместе…
Воздух овевал ее ноги, его пальцы подняли шелк ее платья еще выше.
— Ты прекрасна, — прошептал Лука ей на ушко, кусая кожу.
«Нечестно», — отчаянно думала Тина, когда он нагнул ее через перила.
Тину возбуждали фантазии о том, что Лука может с ней сотворить, успокоив на время возбужденные нервы. Сейчас все было просто и понятно. Это по-настоящему ей необходимо.
Лука дал Тине то, что ей было нужно. Эти ощущения наполнили все ее существо, кроме одного места. Ничто не могло заполнить боль в ее сердце…
Всего через несколько дней Тина уезжала. И она не могла смириться с мыслью об этом. Не могла вынести мысли о расставании с Лукой.
«Боже, помоги мне», — подумала она, непрошеные слезы покатились по ее щекам.
Это уже больше, чем просто необходимость. Она любила его.
Глава 13
Месячные должны были начаться завтра, и Тина не могла подавить разочарование. Но теперь есть способ, как отпраздновать их последние несколько дней вместе. Конечно, в этом есть и свои плюсы. Теперь она точно будет знать, что не вернется домой с незапланированным сюрпризом. Но почему эта мысль не нравилась ей так сильно, как должна была?
Тина прислонила голову к зеркалу в ванной, чувствуя знакомую боль глубоко внутри, и вспомнила об этом вопросе, которого избегала все время, пока была в Венеции.
Должна ли она рассказать Луке, что потеряла ребенка?
Поначалу от этого вопроса было так легко уйти! Ведь Тина думала, что она больше никогда не увидит Луку. Это было легко и тогда, когда она только приехала в Венецию, и тогда, когда взаимные обиды и дьявольская сделка связала их. Было так просто убеждать себя: нет толку говорить ему, это только пустое ворошение прошлого.