Жак наклонился поцеловать её руку и выпрямившись очень проворно умудрился оттеснить от меня Тристана и в пределах приличий приобнял меня.

— Вы уже познакомились с достоянием дама ДеБюси, моей женой маркизой Элизе.

В полумраке блеснули глаза, окинувшие всю картину в целом.

— Жак, зачем тебе жена?

И это её я назвала деликатной? Вот кто не станет миндальничать, что думает то и говорит и, судя по уважительным взглядам, имеет на это полное право.

— Вы же сами говорили однажды, что хорошая партия способна исправить мои взгляды на многие вещи.

— А ещё я когда-то говорила твоей матери, что пороть тебя надо.

— Не переживайте маркиза, так уж вышло, что мне удалось это совместить, — рассмеялся Жак.

Мать Тристана подалась вперёд, выказывая любопытство.

— Даже так?

— О, да!

— Я думаю, что Вы просто обязаны рассказать мне все подробней, пока Тристан проводит Элизе в отведённый ей покои, — что-то не было это похоже не просьбу.

— Конечно, это очень занимательная история, — не пререкаясь, согласился Жак, устраиваясь подле маркизы.

Контуженная происходящим я даже не сразу заметила, что мы уже не в зале и двигаемся по просторному коридору по направлению к лестнице.

— Комнаты для гостей расположены на втором этаже. Хозяйское крыло и мой кабинет на третьем. Но так как Вы прибыли последними, то последние свободные комнаты Вам выделили на моё этаже.

Почему-то мне кажется, что это неспроста.

— Не ожидала встретить Вашу маму, — вопрос на злобу дня.

— По тому, что Вы совсем её пока не знаете. Такое мероприятие она не пропустила бы ни за что.

— Любит охоту?

— Не в том смысле, в котором спрашиваете Вы. Она любит выслеживать людские слабости и охотиться за неугодными, — проказливо улыбнулся он.

— Ох, надеюсь сезон охоты не на меня?

— Ну, что Вы Элизе, Вы ей очень понравились, — убеждал он меня.

— А мне показалось, что она ещё не определилась, — припомнила я её недавние слова.

Остановившись у двери одной из комнат, спросил:

— Это очень важно для Вас?

Он ещё спрашивает? Я намерена надолго и основательно застрять в его жизни, а значит и в жизни его матери, а быть в роли неугодной подружки любимого чада, как-то мне не улыбалось. Да и видно же что он относиться к ней с любовью и уважением и я себе уши скорее откушу, чем поставлю его перед выбором.

— Да, — произнесла я вслух результат сумбурных размышлений.

Он улыбнулся одними глазами и поправил слегка выбившуюся прядь из моей причёски.

— Не стоит об этом беспокоиться.

— Вы слишком часто это повторяете в последнее время, и от этого я действительно начинаю беспокоиться, — нервно хохотнула я, взволнованная его близостью.

— Совершенно напрасно, — серьёзно сказал он.

— Спасибо Вам, — прошептала я.

— За что? — кажется, я его немного сбила с толку.

— За Вашу уверенность.

Он изучающее рассматривал меня ещё пару минут, не прекращая, поглаживать по волосам, как будто не контролируя свои действия.

— Вы можете прихоть ко мне со всем, что Вас беспокоит.

— Боюсь тогда мне придётся у Вас поселиться, слишком тревожной стала моя жизнь в последнее время, — вроде хотела пошутить, но так грустно вышло, что сама удивилась.

Не далеко от нас раздались шаги. Странным порывом Тристан прижал меня к себе и увлёк в небольшую нишу у дальнего окна. Стоя тесно прижавшись к нему, подняла лицо и тихонечко спросила:

— Не проще ли было бы, если бы я просто зашла в свою комнату?

Шаги медленно, но верно удалялись.

— Может быть, — так же тихо ответил он, прижимаясь лицом к моим волосам и вдыхая их запах. — Просто я ещё не готов расстаться с Вами.

В ответ на его слова я перестала заботиться о происходящем вокруг и просто обняла его, уткнувшись лицом ему в грудь. Так мы и стояли в тёмном углу, обнявшись и наслаждаясь моментом близости и душевного покоя.

— Вас потеряют, — заметила я.

— Нет. Мама прикроет, — со смехом в голосе заверил меня он.