Не успели они въехать в город, как разнеслась весть, что он привез Элизабет. К тому времени как он поставил повозку перед конторой шерифа, собралась большая толпа. Люк помог женщине сойти на землю и, обернувшись, увидел, что Фред уже стоит на пороге, поджидая их.

— Я послал помощника найти Джека. Давай ее сюда, — сказал Фред. — Где Коди?

— Она осталась в Сан-Антонио.

Вместе они быстро препроводили Элизабет в камеру и надежно заперли дверь.

— Привет, Фред, — мило улыбнулась она.

Он смерил ее ледяным взглядом и молча отвернулся.

— Хэдли в сосновом ящике?

Люк кивнул:

— Иначе не получилось.

— В объявлении говорилось «живых или мертвых». — Фред пожал плечами. Хэдли не был человеком, по которому стоило лить слезы.

В этот момент на пороге показался Джек. Он видел гроб на улице и, заметив за решеткой камеры Элизабет, направился прямо к Люку, чтобы поздороваться.

— Вы сумели их схватить! Где Коди?

— Я только что задал ему этот вопрос, — вставил Фред.

— Она решила остаться в Сан-Антонио. Оттуда я вез Элизабет один.

Джек снова поглядел в сторону камеры:

— Подождите здесь. Я хочу ей кое-что сказать.

Он направился к отделявшей камеры решетке, остальные отошли подальше.

— Привет, Элизабет.

— Что ж, Джек, — холодно откликнулась она. — Не могу сказать, что рада видеть тебя живым и здоровым.

— Ты и в самом деле меня одурачила.

— Это было нетрудно. И не тебя одного.

— Да уж. Но все хорошее рано или поздно кончается.

— Разве я была не хороша с тобой, Джек? — проговорила она голосом, полным страсти, прижавшись к прутьям решетки.

На какое-то мгновение в глазах его мелькнула тоска, но он тут же отвернулся и пошел прочь.

— Прощай, Элизабет.

Подойдя к Люку, он спросил у него:

— Где вы их нашли?

— Мы проследили их до Галвестона и, к счастью, догнали, до того как они успели отплыть. Гоняться за ними по Новому Орлеану было бы не очень-то легко.

— Отличная работа! Я прослежу, чтобы вы получили вознаграждение немедленно. За Эль Дьябло полагается тысяча, и еще пять сотен — за Хэдли.

Люк пожал плечами. Почему-то деньги его больше не волновали.

— Отдай мне сотню, которую обещал, а остальные отправь целиком Коди.

— Ты не хочешь брать свою долю?

— Нет.

— Хочешь сам ей отвезти и заодно сообщить, что благополучно сюда добрался?

— Нет. Сомневаюсь, что снова с ней увижусь. Ты был прав насчет нее, Джек. Она хорошо работает. Чертовски хорошо.

— Ты тоже. Вы сделали это вдвоем. Покончили с бандой Эль Дьябло.

— Слышал что-нибудь от Стива?

— Вчера получил телеграмму. Они повстречали охотника за наградами Рида неподалеку от Рио-Нуэво. Он успел арестовать еще двоих членов банды и вез их шерифу.

— Коди будет рада это слышать.

— Я сообщу ей об этом, когда буду посылать ей телеграмму. Ты собираешься отправиться в «Троицу» прямо сейчас? — поинтересовался Джек.

— Могу и сейчас.

— Дай мне пять минут. Я захвачу твои деньги и поеду с тобой.

Люк удивился, что Джек решил его сопровождать на ранчо, но, с другой стороны, теперь напряжение, связанное с Эль Дьябло разрешилось, и, видимо, Джек собрался навестить его и отдохнуть, как в старое время.

— Ладно. Я подожду тебя здесь.

Джек повернулся к выходу, но в этот момент в дверь буквально ворвалась Сара Грегори.

— Это правда? — воскликнула она, обращаясь ко всем сразу. Голос ее прерывался, она бежала всю дорогу от дома. — Ее доставили сюда? Элизабет здесь?

— Да, Сара, она здесь, — сочувственно ответил Фред.

— Я должна с ней поговорить. Должна ее увидеть.

— Она в задней камере, — объяснил шериф. — Хочешь, чтобы я сопровождал тебя?

— Зачем? Мне не грозит никакая опасность. Она не может причинить мне больше вреда, чем уже причинила. Я просто хочу поглядеть ей в глаза и сказать все, что о ней думаю.

— Тогда давай.

Сара размеренным шагом прошла мимо троих мужчин и приблизилась к решетке.

Элизабет услышала голос Сары и присела на койку, поджидая ее. Вид у нее был уверенный, даже, пожалуй, надменный.

— Значит, поймали тебя, — с издевкой проговорила Сара.

— Как видишь, — скучающим тоном отозвалась Элизабет, без интереса ожидая, что сейчас последует.

— Я очень рада этому. Жаль только, что они не пристрелили тебя так же, как твоего братца.

Элизабет, казалось, даже не заметила этих слов.