В этом месте высокоинтеллектуальная беседа была прервана: Ку(Ки) нашла тайник с активирующим элементом.

Тайник был оборудован в стойке второй от тупика крепи. Или, если точнее, в вертикально стоящем бревне, прижатом к стенке, на которое опирался один конец перекладины, поддерживающей свод.

Ку(Ки) поддела ножом широкую щепу, которая при ближайшем рассмотрении оказалась планкой, и сдвинула её в сторону.

В тайнике был спрятан примитивный рычаг: стальной штырь без набалдашника, утопленный в глубокий паз.

Рычаг находился в верхнем положении. Казалось бы, чего проще? Нажимай и смотри, что будет.

Решили, однако, не пренебрегать мерами предосторожности и активировать рычаг дистанционно.

Тут возникла проблема. Рычаг глубоко утоплен в стойке, если отойти хотя бы на три метра, его не видно, так что стрельнуть по нему не удастся. Да и вектор задать не получится стрелковым способом, тут нужно давить сверху вниз.

Немного подискутировали, и Семён вновь проявил ремесленную смекалку. Он соорудил нехитрую конструкцию «копьё с ремнями + защитный комплект в чехле + арбалетный болт + репшнур».

Конструкцию установили в распор между стойкой и перекладиной крепи, и даже стрелять не пришлось – размотали репшнур, отошли на пятнадцать метров и потянули.

Рычаг благополучно перекинулся в нижнее положение, копьё с защитным комплектом упало на пол.

И тотчас же с двух направлений раздался звук вращающихся шестерён.

Нет, нельзя было с полной уверенностью утверждать, что это именно шестерни, поскольку работающее устройство не было видно. Но звук был похож на тот, что издавал подъёмный механизм в каморке у портальной камеры.

Первый источник звука, скорее всего, размещался за каменной плитой. Второй находился где-то слева, неподалёку: звук шёл из нор, словно приглушённое эхо, повторяющее один в один звук первого источника.

А может, это и в самом деле было эхо или какой-то чуднй акустический эффект, обусловленный «трубчатой» структурой совокупности множества нор в этой части тоннеля.

Все замерли и обратились в слух. И, не сговариваясь, дружно направили лучи фонарей на каменную плиту, с нетерпением ожидая видимых результатов активации рычага.

До плиты было три десятка метров, видимость прекрасная, но…

Результатов пока что не было.

Ничего там не двигалось, не отъезжало в сторону и не поднималось. Как всё было, так и осталось: плита, два вертикальных шва и полная статичность.

– Может… – начал было Богдан, но тут Ку(Ки) резко вскинула кулачок (Внимание!) и спустя секунду указала на левую стену.

И тут же левая стена как будто выдохнула: из всех нор разом заструился поток воздуха, концентрированно наполненный мышиным контекстом.

Иными словами, из всех нор левой стены неслась мышиная вонь, писк, шорох и царапанье мелких коготков.

– Это… – Богдан задумался. – Это… Нет, это слишком много для такой площади…

– Пахнет мышами, – авторитетно заявил Семён. – Так что это, скорее всего…

И в подтверждение этой версии в тоннель вывалилась лавина мышей, перетекающая по полу слева направо и струящаяся в норы правой стены.

Впрочем, собственно в норы пошёл не весь поток – отдельный ручеёк шустро струился в узкий водосток, расположенный в десяти метрах от тупика.

Мышиное нашествие группа пережила без потерь.

Девчонки не прыгали и не визжали (хотя можно было ожидать), а только гадливо морщились, наблюдая за серыми волнами, перетекающими из одной стены в другую, и «мели» по полу лучами фонарей, словно бы хотели побыстрее вымести из тоннеля всю эту пакостную компашку.

– Слава богу, они не бешеные, – заметил Семён. – А то ведь такой толпой могли бы и живьём сожрать…

Когда мышиный поток почти иссяк, Ку(Ки) указала на каменную плиту.

Это всё-таки была заслонка.

Срединная часть каменной плиты очень медленно ползла вверх. Внизу образовался небольшой чёрный проём, высотой сантиметров в десять. Увы, что творится за этим проёмом, пока что видно не было.

– Есть контакт! – обрадовался Семён. – Идём?

– Не спеши, – сказал Иван. – Пусть откроется как следует, убедимся, что там всё в норме, потом пойдём.

Ку(Ки) вновь вскинула кулачок и ткнула пальцем в левую стену.

Норы опять «выдохнули».

На этот раз ничем резким не пахло, разве что можно было различить слабый аромат сырой земли… И ещё какой-то невнятный запах, не поддающийся определению.