И сразу завоняло, тяжко, тошнотворно – со дна ямы поднимался густой трупный запах.

Семён вновь запоздало ужаснулся тому, что не случилось.

Живо представил, что было бы, если бы они стояли посреди коридора в момент активации триггера.

Сейчас все бы корчились вот на этих метровых штырях, у основания которых, во тьме, шевелится и жужжит колония каких-то мелких, мерзких бикарасов…

И ведь не умерли бы сразу, ещё неизвестно, как долго пришлось бы мучиться, медленно погибая в этой смердящей яме на ржавых железяках…

Разведчица у стены что-то сказала и мотнула светильником. Её сестра, ткнув пальчиком вперёд, задала вопрос Ивану.

Иван взял паузу и не спешил с ответом. Он явно был в замешательстве.

– А вам не кажется, что риск превышает эти… как их там… приоритеты? – вспомнил Семён напутствие Командора. – Да и чтобы плиты поднять, надо будет опять искать механизм, а это целое дело. Может, ну его в…

– Мы целы, живы, здоровы, – трупная вонь и страшные штыри на дне ямы Богдана нисколечко не смущали, он горел желанием продолжать исследование. – А плиты поднимать необязательно, можно и так пройти…

Действительно, после раскрытия плит по обеим сторонам коридора получились карнизы примерно по тридцать сантиметров шириной. Если снять мешки и прижаться спиной к стене, можно спокойно пройти. Главное, вниз не смотреть и дышать через раз, чтобы голова не закружилась.

– Так что надо двигаться, – резюмировал Богдан. – Вань, о чём задумался?

– О целесообразности, – не стал скрывать Иван. – Я думаю, что в словах Семёна есть смысл. Получается, чем дальше, тем хуже. Что будет в следующий раз?

– Я бы уточнил: что будет, если наши прелестные испанки не разгадают следующую ловушку? – подлил масла в огонь Семён.

– Р-р-разгадают, – с сильным грассированием пообещала р-р-разведчица по эту сторону черты.

– Ну, дай бог, если так. Дай бог… А если нет?

– По принципиальной схеме, зона ловушек должна вот-вот закончиться, – пообещал Богдан. – Мы её почти миновали. Вань, у нас пока что всё хорошо. И, кстати, мы не выполнили ни одной задачи. Что мы скажем Арсению? «Там была яма с шипами, девчонки её перепрыгнули, а мы испугались и повернули назад»?

Разведчица у стены что-то пробормотала на Хаптаи и без команды перебралась по карнизу на ту сторону ямы.

– Что сказала? – поинтересовался Семён.

– Сказала, что мы болтуны! – охотно перевёл Богдан. – И что недостойны носить звание мужчины.

– Хорошо, перебираемся на ту сторону, – решился Иван. – И не ври, про мужчин она ничего не говорила.

– Но подразумевала. Это отчётливо сквозило в её интонации!

– Он тобой манипулирует, – вспомнил Семён фразу из сериала.

– Он всеми манипулирует, – согласился Иван. – Натура у него такая, вредная. Ты справишься с двумя мешками?

Семён было засомневался, но разведчица по эту сторону черты протянула руку, предлагая отдать мешок ей, и мужская гордость мгновенно победила здравый смысл.

– Естественно справлюсь!

– Ну, смотри. Если что, я буду рядом, подстрахую. Всё, сняли мешки и по одному – на ту сторону.

Семён хотел было повесить один мешок на грудь, а второй взять в руки, но Иван отсоветовал.

– Если потеряешь равновесие с мешками в руках, мешки можно бросить. С мешком на брюхе так не получится.

Мысль, в общем-то, верная, однако насчёт потери равновесия Иван зря сказал.

Перебрались без проблем, но Семёну пришлось как следует попотеть. Двигаться приставными шагами, прижавшись спиной к стене и имея по мешку в каждой руке, – это уже само по себе непростое упражнение. Прибавьте сюда чёрную вонючую яму с шипами, которая невольно приковывает внимание, и оцените весь совокупный мазохизм перемещения.

Впрочем, мучения были скорее психологического плана: Семён боялся, что может потерять равновесие, старался не упустить момент, когда нужно бросать мешки, и одновременно боялся потерять эти мешки. Столько добра пропадёт, жалко!

За ямой обнаружили большую лужу крови. Кровь была свежей.

– Так, а вот это, скорее всего, наши, – с тревогой констатировал Богдан. – Кровь пролилась четыре-пять часов назад, не более…

От лужи вдаль по коридору убегала кровавая полоса. На ум невольно приходила картинка: кто-то упал в яму, его вытащили и поволокли по коридору. Картинка была вполне душераздирающая. Нетрудно представить, что случилось с человеком, упавшим на эти страшные шипы. Да, и именно поволокли, след был размытый, как будто что-то тащили по полу.