Зрелище было жуткое и мистическое. Рывки были такими мощными, что казалось, будто в товарищей вселились бесы… С маленькой буквы бесы, не родственники Семёна из плоти и крови, а злые эфемерные сущности.

Слава богу, скоро всё кончилось: минуты через три дрожь прекратилась, тела отравленных обмякли, дыхание стало слабым и прерывистым.

Монахи тотчас же продолжили отсасывать яд, а сёстры поставили завариваться какую-то горькую траву и с неподдельным оптимизмом констатировали, что реакция идёт как надо. Если организм не справляется, то отравленный обычно погибает именно в этой фазе, на пике нагрузки. Однако это ещё не окончательный результат. Минут через двадцать всё будет ясно, а пока что надо набраться терпения и подождать.

– И на том спасибо. – Богдан промокнул вспотевший лоб рукавом – наблюдая за первичной реакцией, он здорово понервничал. – Страшная штука, эта их вытяжка. Никогда не видел, чтобы антидот вызывал такую реакцию организма. Это было больше похоже на… на экзорцизм, пожалуй…

Воспользовавшись паузой, Богдан стал приставать к Мадаю с расспросами, пытаясь вытянуть как можно больше информации. Имя он узнал мимоходом, когда сёстры обращались к монаху № 1 при обслуживании пострадавших.

Мадай был не в восторге от любопытства «слуги», но терпеливо отвечал на вопросы и лишь единожды сам задал вопрос, обращаясь напрямую к Семёну:

– О чём речь?

– Хм… «Твой слуга интересуется вопросами стратегического характера. Мне обязательно отвечать?»

– В этом месте Иван обычно говорит: «Не ври, не было такого». Так прямо и сказал «стратегическими»?

– Нет, это моя интерпретация. Но смысл именно такой.

– Я доверяю своему слуге как себе, – заверил Семён, для вящей убедительности похлопав Богдана по плечу и приложив руку к сердцу. – Так что можешь рассказывать всё, что знаешь.

Перевода не потребовалось: интонация и жесты были вполне убедительными.

В течение последующих десяти минут Мадай выдал все «стратегические секреты», которые при детальном рассмотрении оказались всего лишь исторической справкой и докладом о текущем положении дел.

Это Хранилище в незапамятные времена основали Бесы.

Последний полнокровный Бес из рода отцов-основателей убыл в лучший мир немногим более трёх месяцев назад. Благополучно избегнув вражьих пуль и клинков, он умер своей смертью в возрасте девяноста трёх лет, будучи совершенно здоровым, и даже успел оставить где-то наверху назидательные записи для потомков.

Для местных товарищей этот последний Бес был реальным Эцэ без всяких аллегорий и метафор. Все, кто сейчас находится на нижнем уровне Хранилища, – это его дети, от разных жён, а также внуки и правнуки.

Иными словами, это во всех смыслах Подземелье Полубесов, или Полукровок.

Хранилище состоит из двух уровней, верхнего и нижнего. Нижний уровень – это лабиринт тоннелей с ловушками и боевой фауной и собственно Хранилище, защищённая зона в сердце тоннельного массива, в которой хранится Архив. Сейчас мы находимся на нижнем уровне.

На нижнем уровне живут Нижние. Похоже на глупый каламбур, но по-другому не скажешь.

Иерархия и специализации у них очень простые: сержанты и рядовые, ловчие и егеря. Никаких иных групп и подразделений тут нет. Бытом и службой коллегиально управляет Совет Сержантов. У Нижних две задачи: охранять Архив и беспрекословно выполнять приказы Эцэ.

Верхний уровень – это офис, или штаб-квартира, где проживает Эцэ со своими слугами, Мастер Письма и Абсолют.

Впрочем, про Мастера Письма и Абсолюта Мадай ответил в иносказательной форме: Богочеловек и Знающий, но суть была понятна.

Раз в месяц Эцэ в соответствии с инструкцией отрабатывал эвакуацию на случай вторжения. Он спускался на нижний уровень с мальчиком и седобородым стариком, они на скорость проходили лабиринт до Хранилища и прятались там, как если бы была угроза реального вражеского нападения. Все Нижние в этот момент занимали свои позиции по боевому расчёту на случай нападения, непосредственно с Богочеловеком и Знающим никто из них не контактировал.

Для Нижних было сказано, что мальчик – это Богочеловек, а старик – Знающий, они являются охраняемыми персонами и в случае, если с Эцэ что-то случится, подлежат защите по первому уровню приоритетов наряду с Архивом.

Мальчику примерно восемь лет. Лет семь назад, отрабатывая эвакуацию, Эцэ носил его на руках. Потом он вырос и стал ходить самостоятельно.

Среди Нижних бытует мнение, что Богочеловек – это ребёнок Эцэ и неведомой Богини. Это мнение имеет статус факта, поскольку Нижние на полном серьёзе считают Эцэ живым богом и верят, что ему вполне по силам произвести на свет Богочеловека.