Шрифт:
Вопросов не было.
Арсений посмотрел на Командора: отеческое напутствие будет?
– И давайте там без героизма. – У Командора таки нашлась пара слов для рейдовой группы. – Если риск будет превышать приоритеты – в задницу приоритеты, сворачивайте задачу, возвращайтесь домой. Всё, удачи…
Затем все лишние вышли, и в камере осталась только рейдовая группа. Да, перед тем, как уйти, Арсений самолично зажёг масляные светильники, два оставил на крючьях, а два вручил Ивану и Семёну.
– Да у нас лампы есть, – попробовал было отказаться Иван.
– Запас карман не ломит. А лампы свои поберегите, мало ли что там будет…
После того как Арсений покинул камеру, решётка с лязгом опустилась, а в ячейках и в бойницах появились стремена арбалетов.
Группа прижалась к стене, чтобы не застить стрелкам сектора.
Богдан проверил координаты камней и встал у портального контура, готовый блеснуть вокальными данными.
Через полминуты наступила Пауза, и Богдан начал читать Ключ.
Глава 8
После бала
…– Время в полёте – два часа. Пока соберётесь, пока до аэродрома доберётесь – в общем, до Паузы не успеваете. Поэтому сядете в Волгограде, переждёте Паузу, потом полетите дальше… Куда тащите, там забито всё! Давайте в девятую…
По коридорам лаборатории сновали люди с носилками и ящиками, таскали документы, аппаратуру и скорбный груз, габаритный и не очень.
В застеклённых камерах, на секционных столах, лежали мёртвые твари, ещё совсем недавно бывшие людьми.
Камер для такого количества «объектов» было явно маловато, во втором секторе освобождали рефрижераторы, перетаскивали оборудование и экстренно решали вопрос, куда девать старые «образцы».
В связи с авралом в лабораториях Красного Дома царила нервозная обстановка, было непривычно людно, суетно и бестолково.
Сир Леонард руководил этим авралом и на ходу ставил задачи членам экспедиции. За ним неотступными тенями следовали Лиза, Герман, Карл и Виталий – первый помощник главного учёного Дома, Эммануила.
Сам Эммануил не вынес пережитых потрясений и под наплывом эмоций ударился в тихий саботаж. Он заперся в одной из камер, забился в угол и о чём-то тихо разговаривал сам с собой, смоля при этом гигантскую козью ногу, набитую побиень-травой, выведенной в оранжереях Дома по древнему рецепту.
– Параллакс у него получился, – наскоро объяснил Виталий. – Никак не может вникнуть в суть трансформации. Мгновенное преображение энергии в физическую структуру – это нонсенс, и он не может принять это как факт. Пытается научно обосновать суть процесса, а по нашим законам ЭТО ну никак не обосновывается…
Виталий имел в виду явление, свидетелем и соучастником которого Лиза стала во время Эксперимента. Это когда старикашка Вольдемар, весивший в человечьем облике от силы килограмм семьдесят, «насосал» энергию из неё, Альфреда и отчасти из трио Дарьи и практически мгновенно «вымахал» в чешуйчатого льва весом в два центнера.
Ну, так это ведь ещё не конец сказки, там были и другие трансформации, обратного плана, когда маги и колдуны, в человечьем обличье весившие по восемьдесят-девяносто килограмм, «усыхали», отдавая свою энергию вожакам, и преображались в тварей весом в тридцать-сорок кило.
Действительно, с точки зрения современных законов такое чудо объяснить невозможно.
Эммануил, всю жизнь посвятивший науке и категорически не веривший ни в какие чудеса, от такого надругательства над незыблемыми постулатами и императивами нынешнего мироустройства буквально впал в ступор и, похоже, временно повредился рассудком.
А может, и не временно.
– Вот же упёртый баран, – оценил саботаж главного учёного грубоватый воин Герман. – С детства ведь знал, что будет Отмена, а потом будут Новые Законы… Гибче надо быть! Помните ведь: «…ребята, надо верить в чудеса! Когда-нибудь, весенним утром ранним! У фигуристки лопнет вдруг резинка на трусах…»
– Достаточно, – пробурчал его отец, главный разведчик Карл. – Не вижу повода для шуток. Он нам нужен в здравом уме, работы сейчас невпроворот…
– Эм! Ээ-м! – Виталий безуспешно жал на клавишу переговорного устройства. – Ну, ты хотя бы камеру нам освободи!
– Вот сволочь, – растерянно пробормотал сир Леонард. – Слушай, а если газ ему туда пустить?
Виталий с сомнением посмотрел на форсунку распылителя под потолком камеры и пожал плечами:
– Картриджи с хлорацетофеноном на складе, пока зарядим – целое дело. А там сейчас «сонник», он и не заметит, сразу заснёт.