– Ясно. Но фамилия… Такая странная китайская фамилия… Или они японки?

Девчонки были явными азиатками. Симпатичные, с пригожими личиками и ладными фигурами, но…

Хорошенькими их назвать язык не поворачивался.

«Хорошенькая» подразумевается как «миленькая домашняя ути-пуси», в уменьшительно-ласкательном аспекте.

А глядя на этих девиц, невольно просилось на язык словечко «ниндзя». Этакие воспитанницы средневекового Ордена Убийц: бесстрашные, мускулистые, с кошачьими движениями и стальными руками. Когда щупали мышцы Семёна, он сразу оценил: эти шаловливые ручки в семь секунд придушат любого здоровенного мужика.

– Они испанки, – сообщил Константин.

– Да ладно!

– Тебе показать их паспорта? Мама – Тереза Бельестерос, глава Мадридского подразделения. Так что фамилия подлинная.

– А как же… Эмм…

– Командировка в Тайбэй. Обаятельный гид-помощник из тамошнего подразделения. Вулканический испанский темперамент. Ну и… – тут Константин изобразил сложный жест: нечто среднее между вращением кубика-рубика и грациозным движением матадора на корриде.

– А что они здесь делают?

– В командировке, – пояснил Константин. – У них это…

…тут он вопросительно посмотрел на Ивана.

Иван экономно мотнул подбородком: нет, не стоит.

– …в общем, у них тут особое задание, – выкрутился Константин. – Пойдут с вами в рейд, сами напросились. Мать оповестили, она их участие санкционировала.

– Ясно. Так, а имена, получается, тоже испанские?

– Хм… Имена – это термины на Асуэнто. Как видишь, мама их большая выдумщица.

– И что эти термины обозначают?

– А вот это пусть Даня расскажет.

– Это долго объяснять, – с важным видом заявил Богдан. – Будешь учить Асуэнто, сам во всём разберёшься.

– А я что, буду учить Асуэнто?! – Семён аж подпрыгнул.

– Куда ж ты денешься, конечно, будешь.

– Слушай… Командор сказал, чтобы меня обучали воины. Так что мне эти ваши академические премудрости вовсе ни к чему.

– Это входит в программу-минимум подготовки воина, – огорошил Иван. – Помимо военных дисциплин ты должен знать как родной Хаптаи – общеорденский язык, более-менее знать китайский, испанский, английский и обязательно – основы Асуэнто.

– Английский, китайский, испанский?! Да ты шутишь… А для чего воину Асуэнто?

– Хотя бы для того, чтобы дочитать формулу по бумажке, если в самый ответственный момент убьют учёного, – подсказал Иван.

– Обалдеть… Зря я в эти гаражи попёрся. Знал бы, вообще никуда бы не ездил…

Иван спросил, сколько осталось до Паузы. Богдан уверенно ответил: пятнадцать минут.

Кстати, Семён заметил, что Богдан за всё время ни разу не посмотрел на часы. Вполне возможно, у него их вообще нет. Интересно, как он определяет время? Надо будет спросить при случае.

– Экипируйтесь, – Иван кивнул на снаряжение, разложенное на войлоке. – До старта осталось немного.

Богдан, прячась за широкой спиной Семёна, стал облачаться в комбинезон.

Семёну было неловко.

Он выступал в роли ширмы и стоял прямо перед девчатами, которые беззастенчиво пялились на него, о чём-то перемигивались, перешёптывались и регулярно урчали, как два маленьких трактора, «тарррх» да «тарррх». В общем, ясно, что речь шла о «Сцуктарррх», прости господи, вот ведь словечко выбрали. О Семёне то бишь.

Нет, тут уж волей-неволей придётся учить язык, а то нехорошо получается: они там промеж себя шушукаются, явно о тебе, а ты ни в зуб ногой. Может, гадости какие-то говорят…

– Мне бы одеться… – смущённо намекнул Семён.

– Одевайся на здоровье, – старшина пожал плечами. – Что мешает?

– Нет, я в том плане, что… Гхм-кхм… – тут Семён едва заметно кивнул в сторону девчат. – В смысле, до трусов…

– А тебе что, выдали какие-то особые трусы? – заинтересовался Иван.

– Трусы как у всех, – опроверг эту версию старшина. – У нас нету особых.

– Да переодевайся спокойно, никто на тебя глазеть не будет, – успокоил Константин. – Каких-либо физиологических отклонений во время осмотра не выявлено, так что скрывать тебе нечего.

Семён, одолев неловкость, стал наряжаться и между делом навёл справки:

– А что такое «сук-трах»? Похоже на ругательство, нет?

– «Сцуктарррх», – поправил Богдан. – Раскатистая тройная «эр» в последнем слоге. Это долго объяснять. Будешь учить Хаптаи, сам всё и узнаешь.

– А если недолго? В двух словах?