Кратер оказался не более дюжины метров в поперечнике и столько же в глубину. Анакин не знал, что он ожидал обнаружить внизу, но явно не то, что увидел - громадный пульсирующий предмет, похожий на огромное сердце, только все усеянное голубыми шипами. Он внимательно осмотрел эту невидаль, но никаких питающих кабелей или кнопок на его поверхности не обнаружилось.

–  Что это?
– спросил старик, присоединившись к Анакину, стоявшему на краю кратера.

Мальчик внимательно изучил то, что было перед ним, использовав для этого Силу. Он пришел к странному выводу: это штука, которая притягивала луну, несомненно была живой. Шумно вздохнув, он потянулся за бластером.

–  И эта дрянь притягивает Добидо?
– с недоверием спросил старик.

–  Отойдите-ка, - сказал ему Анакин, наводя бластер на чудо-юдо. Старик не шелохнулся, но мальчик настолько сильно был поражен невиданным мощным существом, что и не заметил этого. Он поймал тварь в прицел и выстрелил.

Энергетический луч вырвался из бластера, нырнул в кратер и вдруг… исчез. Просто потух, словно свеча на сильном ветру. Анакин выстрелил еще и еще, но это не возымело действия.

–  Что это?
– возбужденно спросил старик.

–  Садитесь во флаер и дуйте к моему отцу, - приказал ему Анакин, снимая с пояса лазерный меч.

–  К злобному и уродливому или огромному и мохнатому?
– спросил мэр.

Анакин проигнорировал это оскорбление и подошел еще ближе к краю кратера, намереваясь спуститься вниз.

И тут же они с мэром отлетели от воронки, отброшенные внезапным мощным подземным толчком. Когда они приземлились на порядочном расстоянии от края, их вдобавок накрыла волна грязи и камней, вылетевших из кратера. Ни дать, ни взять извержение вулкана, разве что без лавы.

Когда все закончилось, Анакин снова рванул к кратеру, но на том месте, где только что была тварь, он увидел лишь глубокую дыру. Он все понял: тварь догадалась, что это нападение на нее, и изменила полярность своего притяжения, направив его на ядро планеты. Видимо, сейчас она была очень-очень глубоко.

И что прикажете сейчас делать?

Знакомый рев двигателей заставил его задрать голову, и он увидел "Тысячелетний сокол", несущийся над самыми верхушками гор. Корабль приземлился, скорее, просто плюхнулся, на каменистую равнину, и оттуда выскочил Хэн. Пока он бежал к своему сыну, из открытого входного люка высунулось несколько голов - на борту было полно беженцев, и им интересно было знать, что происходит.

–  Сматываемся отсюда!
– крикнул Хэн.
– Чуи пытается организовать эвакуацию, но кораблей на всех все равно не хватит!

–  Эта тварь внизу… - ответил Анакин, - она живая!

Хэн покачал головой.

–  Это уже неважно, - сказал он, слегка изогнув губы.

Анакин понял, что имеет в виду его отец. Для Сернпидаля это не имело значения - слишком поздно. Даже если эту тварь удастся каким-то образом уничтожить или нейтрализовать луч захвата, Добидо, уже сошедшая с орбиты, неминуемо упадет на планету.

–  Каждая секунда промедления означает чью-то смерть, - заметил Хэн, и Анакин побежал к трапу. Старик же не последовал за ним, а зашагал обратно к кратеру.

–  Я должен быть уверен, что этот дьявол не попадет на другую планету и не уничтожит ее, - с улыбкой объяснил он и снял пальто, под которым оказался не ранец, а какая-то толстая труба примерно с метр длиной.

–  Вы летите, я сам разберусь, - спокойно сказал он.

–  Ты с ума сошел!
– выкрикнул Хэн, но старик подошел к краю и без колебаний прыгнул вниз.

Не успел "Сокол" взлететь, как над равниной вырос огромный гриб - это взорвался термальный заряд.

–  Какой странный старикашка, - пробормотал Хэн.

Анакин в иллюминатор наблюдал, как медленно оседают тонны гравия и пыли, поднятые мощным взрывом. Кратер стал куда больше прежнего, а луч захвата пропал.

–  Достал-таки, - сообщил мальчик отцу.

Хэн кивнул. Старик не помог выиграть ни минуты времени, не спас Сернпидаль, но все же оба они.
– и Анакин, и Хэн - чувствовали, что он совершил очень важный и геройский поступок.

Для префекта Да'Гары это был миг наивысшей славы, чести и духовности, цель всей его жизни, самая желанная награда за его усилия.

Он стоял на возвышении перед йаммоском, под напором пристального взгляда его выпученных глаз.

Вознеся полагающиеся молитвы Йун-Йаммуке, он поднял руку и осторожно положил ее между глаз военного координатора. Там, у толстой пульсирующей вены, была особая точка, служившая для единения.

Они стали единым целым - разум йаммоска поглотил Да'Гару целиком. Благодаря телепатическим способностям, ради которых это существо и было выведено, префект смог почувствовать всех до единого воинов его передового отряда нашествия - праэторит-вонга.