— Что за выдумки! — возмутился один из советников. — Как говорит Дзирт До'Урден — а у нас нет оснований не верить ему, — когда эти два молодчика прибежали к тебе, ты разговаривала с ними со знанием дела!

— Вот именно, — поддержал другой представитель.

— Тогда, пожалуйста, повторите, что именно я сказала, — попросила она, усмехаясь так, словно заранее знала, что у них ничего против нее нет. — Я действительно говорила со знанием дела с этими недоумками, я им рассказала о Дзирте, Бреноре и Кэтти-бри. Само собой, как и любой путешественник в Долине Ледяного Ветра, я знаю о них достаточно. Разве я не сказала, что эти тупицы сваляли дурака и попались в западню, устроенную дроу и его друзьями? Что в этом удивительного?

Советники начали перешептываться, а Реджис, преисполнившись уважения к изобретательности этой женщины, смотрел на нее улыбаясь. Он уже сейчас с уверенностью мог сказать, что, обладая такой внешностью в сочетании с умом и хитростью, она легко выйдет сухой из воды.

Правда, Реджис был уверен, что она и есть главарь банды, что бы Джул сейчас ни говорила.

— Мы обсудим это дело, — объявил Кассиус, поскольку спор зале собраний уже разгорелся не на шутку.

Джул понимающе усмехнулась:

— Значит, я свободна?

— Тебе лучше пройти в предоставленное помещение, — сдержанно ответил старейшина и сделал знак стражникам.

Они с двух сторон подошли к Джул, а она, бросив на Кассиуса взгляд победителя, повернулась, при этом так поведя плечом, что у большинства мужчин пере сохло во рту.

Реджис усмехнулся и тут заметил странный, но такой узнаваемый знак на правой лопатке женщины. Хафлинг замер с широко раскрытыми глазами.

— Стойте! — крикнул он, вскочил со своего места и торопливо полез под стол, чтобы не обходить его.

Стражники Джул остановились, удивленные неожиданным волнением.

— Повернись! — велел хафлинг женщине. — Повернись! — повторил он, энергично жесткулируя, но она не двигалась, не сводя с него изумленного взгляда.

— Кассиус, вели ей повернуться! — обратился Реджис к старейшине, удивленному не меньше разбойницы.

Сам он тем временем ухватил женщину за правый рукав и потянул. Она не поддавалась, но маленький Реджис дернул с неожиданной для него силой, и всем стала видна отметина на плече разбойницы.

— Вот оно! — тыча пальцем, воскликнул Реджис.

Джул вырвалась, но теперь уже Кассиус и все советники поняли, в чем дело, и женщину, покорившуюся без особой охоты, заставили показать знак.

Хафлинг, чтобы лучше разглядеть его, взгромоздился на стул, но даже без проверки он знал, что зоркие глаза его не подвели и знак на плече женщины принадлежал Бренору Боевому Топору, причем король дворфов использовал его единственный раз — когда выгравировал на Клыке Защитника. Более то го, отметина была точно такого же размера, словно ее выжгли на коже, раскалив сам молот. Хафлинг едва не лишился чувств.

— Откуда это у тебя?

— Бандитский знак, — высказался Кассиус. — Между прочим, так принято во многих гильдиях и бандах.

— Но этот — особенный, — жарко возразил Реджис.

— Ты его знаешь?

— С этой женщиной должны поговорить мои друзья, — решительно заявил хафлинг. — Немедленно.

— Сначала мы закончим с ней разбираться, — воз разил советник Тамарут.

— Немедленно, — не уступал Реджис, повернувшись к нему. — Или, может, ты, любезный Тамарут, сам объяснишься с Бренором и скажешь, почему пришлось отложить беседу, когда жизнь его приемного сына, возможно, висит на волоске?

Советники снова начали оживленно перешептываться.

Джул Перец недовольно глядела на Реджиса — видно было, что она плохо понимает, о чем речь, и значение символа ей неизвестно.

Что ж, для нее это было только лучше.

Через несколько дней, вечером, Дзирт нашел двор-фа сидящим на небольшом пригорке под названием Высота Бренора, который возвышался в каменистой долинке северо-восточнее Брин Шандера, между Мер Дуалдон и озером Диннашир, где у дворфов были шахты. Где бы Бренор ни находился, он всегда отыскивал такое вот уединенное местечко, неизменно именуя его Высотой Бренора, но не из хвастовства, а что бы предупредить нежеланных посетителей.

В этом тихом месте Бренор размышлял о вещах, не связанных с его обычной каждодневной жизнью, со всеми ее обязанностями и хлопотами. Здесь, в вечерней тишине, расчетливый и практичный дворф позволял себе сбросить панцирь грубоватой просто ты и думать о возвышенном. Здесь он предавался мыслям о всеобщем смысле и цели.

Когда-то давно, в Мифрил Халле, после того, как Вульфгар пал в битве с йоклол и все они думали, что потеряли варвара навсегда, Дзирт так же нашел Бренора на его личном пригорке. Теперь он выглядел почти так, как тогда.