А дальше был короткий полет во тьме и падение с размаху на камни. Аливия поняла, что там, где она оказалась, гораздо теплее, чем в столице. И вдруг шершавый язычок коснулся ее руки. Замерзшие пальцы не почувствовали боли от слабого укуса, но сознания коснулся срывающийся шепот:

«Сестра!»

Девушка приподнялась, и ее взгляд уперся в глаза маленькой темной карайны – в них горели ужас, надежда и любовь. Ведающая потрясенно смотрела на существо, едва ли достающее ей до пояса. Исхудалая кошка пепельного окраса прижалась к Аливии, ее усы дрожали, а сердечко бешено колотилось.

– Кто ты? Где мы? – едва пробормотала девушка, она не раз видела огромных сытых карайнов на улицах Игмалиона, но это существо было похоже на них очень отдаленно.

«Я – Ма’ра, – произнесла маленькая карайна. – Мы на острове».

– Тут есть и другие, как ты? – механически спросила Аливия, хотя уже знала ответ.

Ма’ра подтвердила.

Второй вопрос Аливия задавать не стала, поскольку поняла, что кошка не знает способа выйти из заточения. Но как девушка умудрилась попасть сюда? Или это очередной сон? Карайна легла, положив голову на колени обретенной сестры, и прикрыла глаза. Она хотела хотя бы умереть рядом с надеждой.

Однако юная ведьма совсем не собиралась умирать. Она методично стала перебирать в памяти все знания, которые успела получить за время обучения, и то, до чего смогла дойти сама. О преодолении барьера, вероятно схожего со стенками каверн, не могло быть и речи. По слухам, это под силу только истинным магам. Но ведь как-то она сюда попала?.. Перебирая в уме все подряд, Аливия вспомнила давний разговор с Лоданом, который некогда помог ей перебраться от тетки к Марни с его сестрой, мастер походя упоминал, что они с первым учеником тренируются «ходить сквозь тень», еще раньше он говорил о некоем Сером Мире. По обмолвкам мастера выходило, что в том мире можно пройти туда, куда нельзя в этом. Недолго думая, Аливия представила Лодана и принялась мысленно звать его по имени. Надо же было что-то делать…

Лодан проснулся посреди ночи, чем обычно не страдал. Все тело болело, словно днем его методично били палкой. С ним что-то происходило, хотя непонятно почему. Они с Ареном уставали на тренировках к вечеру так, что, придя домой, падали без сил, но это объяснялось обычной усталостью – долго пребывать в Сером Мире мастеру было тяжело, а постоянно переходить туда-сюда еще тяжелее. Ученику переходы давались несколько легче, но и он падал к вечеру как сноп. А тут еще ссора с Альной, после которой Арен стал тренироваться до тех пор, пока их не выгоняли с базы варла. Хотя Альну тоже можно понять – основное из предъявленных супругу обвинений звучало: «Ты стал похож на нелюдя, я боюсь находиться рядом». Молодая женщина была не так уж неправа. Арен с Лоданом и впрямь стали выглядеть несколько странно, а уж что им снилось… Все, что угодно, кроме нормального мира.

Кстати о снах, мастеру только что приснилась ведьмочка Аливия, которая громко звала его. Старая приятельница давненько их не навещала, наверное, увлеклась учебой. Однако что-то не давало покоя – девчонка стояла перед глазами как живая, рядом с ней Лодан запомнил какое-то странное существо, но это не так важно… Важно, что Аливия настойчиво звала мастера по имени.

«Может, что-то случилось?.. – забеспокоился он. – Но как проверить?»

Старый лучник решил не тревожить Арена и попробовать пройти на голос через Серый Мир. В конце концов, он ничего не теряет, как уйдет, так и вернется. На всякий случай мастер оделся в дорожную одежду, взял лук и прямо из дома отправился в Серый Мир.

Лодан сразу ушел в глубокие слои, чтобы не блуждать по образам города. Оказавшись на серой всхолмленной равнине, он огляделся, но девушки не увидел. Зов шел откуда-то издалека. Мастер шел несколько часов куда-то на восток, если в Сером Мире применимы такие понятия. Арен оказался прав, даже тут было как-то неспокойно, но Лодан не разглядывал пейзажи, ему требовалось найти Аливию. Он уже начал сильно беспокоиться, поскольку никогда не ходил так далеко, тем более по глубинным слоям. Лук Лодан держал наготове, не слишком доверяя некоторым обитателям этого мира.

Скала посреди чего-то зыбкого появилась неожиданно, как маяк. На эту зыбкую поверхность наступать не хотелось, и пришлось забирать в обход. Еще глубже в Серый Мир мастер уходить не решился. Он то приближался, то удалялся, стараясь не упускать из виду ту самую скалу. Наконец обнаружилась полоса довольно плотной «земли», по которой Лодан и пошел к ориентиру. Только ощутив, что девушка где-то недалеко, он стал подниматься в реальный мир.

Полосы гальки, каменные обрывы, чахлая трава. Как здесь очутилась Аливия? Особенно если учесть, какой путь пришлось проделать мастеру от столицы, хотя расстояния в Сером Мире так же обманчивы, как и направления. В ложбинке среди скал Лодан наконец заметил юную ведьму, которая устало сидела, прислонившись к какому-то камню. Вдруг из-за нее взвилась серая тень, и перед мастером, разъяренно шипя, приземлилась худющая темно-серая кошка. То, что это карайн, опешивший Лодан понял далеко не сразу.

«Хорошо хоть не выстрелил», – с облегчением подумал он, опуская лук.

– Ма’ра! – раздался голос Аливии. – Не бойся! Это мастер. Я его звала.

Кошка, все еще недоверчиво поглядывая в сторону лучника, стала медленно пятиться на подрагивающих лапах. Лодану самому захотелось сесть на землю после таких неожиданностей. Девушка вскочила и подбежала к нему, сзади неотступно следовала карайна.

– Как вы нас нашли?! – воскликнула юная ведьма.

– Потом расскажу, – вздохнул мастер. – А ты что тут делаешь?