— Она должна остаться под нашей опекой, — сообщил Грег, выйдя из кабинета.

— Под чьей это опекой? — опешил Томаш.

— Под опекой американского посольства.

Историк вопросительно посмотрел на «дипломата».

— Ничего не понимаю! — воскликнул он. — С документами у нее все в порядке? Бумаги оформлены?

— Все как положено. Но она поедет сейчас со мной.

Томаш взглянул на Ариану, и ему показалось, что та напугана, затем снова перевел взгляд на Грега.

— А зачем?

Атташе пожал плечами.

— Мы должны задать ей кое-какие вопросы.

— Но… о чем вы собираетесь ее спрашивать?

Грег покровительственно положил ему руку на плечо.

— Послушайте, Томаш. Доктор Ариана Пакраван — ответственное лицо Министерства науки Ирана, она причастна к ядерной программе этой страны. И мы должны ее расспросить, понимаете?

— Что значит «расспросить»? Сколько вы будете с ней беседовать? Час? Полтора?

— Нет, — ответил американец. — Беседовать мы с ней будем, возможно, не один день.

— Но это немыслимо! — возмутился историк, беря Ариану за руку.

Грег решительно его остановил.

— Томаш, прошу вас, не встревайте!

В ответ португалец приставил указательный палец к груди американца.

— По телефону мы с вами договорились, что Ариана сможет въехать в Португалию и вы позаботитесь обо всем, что с этим связано. Кроме того, мы договорились, что она будет чувствовать себя свободным, не скованным никакими ограничениями человеком и что в случае угрозы со стороны иранских властей вы обеспечите нам необходимую защиту. Так будьте любезны выполнять взятые на себя обязательства.

— Томаш, — Грег был само спокойствие и невозмутимость, — вся эта многоходовка задумывалась, имея в виду, что вы раскроете нам секрет рукописи Эйнштейна.

— И мы вам его уже раскрыли.

— Где же тогда формула Бога?

Томаш застыл словно в столбняке.

— Но… я это пока не выяснил.

На лице Грега заиграла победная улыбка.

— Вот видите! Вы свою задачу не выполнили.

— Но выполню.

— Охотно верю. Но пока ваша часть обязательств не выполнена, вы от нас ничего требовать не можете, не так ли?

Томаш не отпускал руку Арианы, которая умоляюще смотрела на него.

— Послушайте, Грег. Эти маньяки продолжают неотступно следовать за мной, так что я больше всех заинтересован в разгадке тайны и скорейшем окончании дела. Я вас прошу сейчас только об одном: позвольте Ариане поехать со мной в Коимбру. Я прошу немного, ведь так?

В это мгновение возле них появились двое мужчин крепкого телосложения и по-военному отсалютовали Грегу. Не вызывало сомнений, что это американские «секьюрити», вероятно — переодетые в гражданское платье сотрудники охраны посольства Соединенных Штатов в Лиссабоне, которых вызвали в аэропорт для сопровождения Арианы.

Томаш обнял иранку, словно давая тем самым торжественный обет быть ее защитником от всех нынешних и грядущих невзгод. «Культуратташе» посмотрел на них и покачал головой.

— Я все понимаю. Серьезно, понимаю, — заверил он. — Но у меня есть указания, и я не могу их не исполнить. Я проинформировал Лэнгли обо всем, что вы мне только что рассказали, и они связались с португальскими властями и выдали мне новые инструкции. Доктор Пакраван должна поехать с нами в посольство. И желательно, добровольно.

Томаш еще крепче прижал Ариану к себе.

— Нет.

Грег кивнул посольским «секьюрити», те заломили Томашу руку, с легкостью оторвали от земли и потащили в сторону, будто он ничего не весил. Изогнувшись всем телом, Томаш предпринял отчаянное усилие высвободить руку и вырваться, но тут же получил оглушительный удар в затылок и рухнул как подкошенный. Ариана вскрикнула, но люди в штатском намертво прижали его к холодному полу.

— Не надо, Томаш, — голос Арианы звучал на удивление спокойно, в нем даже слышались покровительственные нотки. — Со мной ничего не случится. — И резко сменив тон, она властно бросила охранникам: — Отпустите его, вы слышите?

— Не беспокойтесь, с ним все будет в порядке. Пойдемте.

— Уберите руки! Я пойду сама!

Голоса, быстро удаляясь, растаяли. Оставшийся охранник только теперь освободил Томаша. Однако по пытка приподнять голову вызвала у португальца головокружение и тошноту. В глазах мелькали пассажиры с тележками, чемоданами и ручной кладью, многие смотрели на него осуждающе. Американский «секьюрити» как ни в чем не бывало вышагивал по коридору в направлении зоны получения багажа. Томаш с трудом поднялся на ноги и, борясь с дурнотой, растерянно озирался по сторонам. Как ни напрягал он зрение, знакомой фигуры нигде не было.