Шрифт:
Приятель Макса Кутовского, тоже экономист и профессор, Федя Капитулов, который у Всенародноизбранногосостоял Консультантом, взялся помочь. В Дубинках он бывал, Виктору Евгеньевичу обрадовался: «Частному сектору наше с кисточкой!» Узнав, в чем дело, огорчился: «А я думал, у тебя счета в Лондонском банке!» Потом аккуратненько звякнулГлавному Инспектору Дворчуку с дружескимвопросом: знает ли Анатолий Анатольевич, что расследованиемпо «Артефакту» занимается Главное Управление Безопасности? «Будут Батьке докладатъ».Анатолий Анатольевич не знал. И тут же распорядился исковое заявление из суда временно отозвать — до выяснения дополнительных обстоятельств и особого мнения.
С поставкой нового оборудования тоже что-то затормозилось, и Станков с Ольгой Валентиновной перебивались мелочевкой, да и то не с ценными бумагами. Правда, Дудинскасу удалось заполучить престижный заказ к новому году. Для начальства изготавливались шикарные наборы из ежедневника, настольного и настенного календарей, блокнота и алфавита — эксклюзивной печати, в переплетах лайковой кожи и ручной работы. Но на ручной работе не больно разживешься. И теперь уже не Дудинскасу, а Кравцову два раза в месяц, перед зарплатой, приходилось раскошеливаться, чтобы народ не разбежался.
Так что поводов поскучнеть у нового хозяина «Артефакта» было предостаточно. А тут еще с Дубинками морока.
Мельница при новом хозяине так ни разу и не закрутилась... А надо бы. И праздники надо устраивать, и экскурсии принимать — Кравцов вскоре понял, что те, кто совсем недавно терзал Дудинскаса за создание музея, с таким же рвением наедут теперь на нового хозяина, но уже за развал. Наезжать-то надо — работа такая, и какая разница — за что. Вот и крутись теперь, финансируй, продолжая традиции, сто лет ему не нужные. До того дошло, что пришлось проводить даже очередной Фэст старосветской культуры — или Рождество, или Коляды — хрен их там, с этими их традициями, разберет...
Получив от Виктора Евгеньевича список гостей, составленный Дудинскасом с помощью Надежды Петровны, точнее даже, ею — с его помощью, Кравцов скривился.
Оппозицию, всех этих болтунов, так же, как и всех «щелкоперов» из независимой прессы, он откровенно недолюбливал — этих неудачников, с их пустыми наскоками на власть, до которой не сумели дорваться. В грядущие перемены Кравцов не то чтобы не верил: всеми силами он хотел их не допустить,осознавая себя опорой новых порядков.
Поэтому, взяв наперевес автоматический карандаш, парой своих въедливых буравчиков он заелозил по списку. И принялся старательными загогулинами вычеркивать вредные фамилии. Делал он это с нескрываемым удовольствием, словно приговаривая к расстрелу.
А против правильных фамилий ставил птички — словно награждал.
Из списка вылетели
редакторы независимых газет и корреспонденты московских...
депутаты злосчастного Верховного Совета, так до конца и не разогнанного Батькой...
несколько писателей, членов ПЕН-клуба... и даже председатель Союза писателей, поэт Некляй Владимов, только что получивший из рук Всенародноизбранногогоспремию за вклад в развитие...
Сережа Горбах и Саша Перемет вместе с коллегами из всех российских телепрограмм...
Виктор Столяр...
Его фамилию Кравцов зачеркнул трижды, а на месте, где значились профессор Юрий Ходыкин и режиссер Юрий Хащ, у него даже прорвалась бумага.
«Мы же договаривались политикой не заниматься, в колодец не плевать».
Рассказывают, что, узнав о предстоящем наезде, президент компании «Туше» Пупликов успел разделить свою компанию на семнадцать самостоятельных фирм и спасся от ареста, улетев в Лондон [99] . И теперь Всенародноизбранныйкаждый вторник, принимая с утренним докладом шефа Главного Управления Безопасности, первым делом требует список всех этих фирм и собственноручно вычеркивает в нем те, которые удалось прихлопнуть за минувшую неделю.
Теперь, глядя на Кравцова, увлеченно черкающего, Дудинскас увидел, какэто делается на пятом этаже.
99
Наехали на компанию просто, как и на всех высунувшихся и политически неугодных. Первый же вопрос проверяющих «Брали ли валютный кредит?», оказался роковым. Если брали — фирме конец: возвращать кредиты «огурчиками» запрещалось, покупать валюту для их погашения — тоже.
...Против фамилии бывшего губернатора области Василия Васильевича Васькина он вывел изящно завитый вопросительный знак.
— Васькин нам дорогу сделал, — сказал Дудинскас. — Только асфальт не успел положить.
Кравцов ничего не ответил.
Птичками оказались отмечены руководители нескольких министерств, начальник железной дороги (его фамилию Кравцов почему-то вписал), Месников, Подметалин, Горбик, Мацкевич, Герин... И еще несколько человек из Управления хозяйством, тоже вписанные рукой кормильца.