– Слушай, Харуюки-кун. Хочу задать тебе странный вопрос… За эти полгода сколько раз тебя пытались вербовать другие легионы?

– Э?!

Харуюки от неожиданности резко выпрямился и захлопал губами.

Но, конечно, врать Черноснежке он никак не мог. Поэтому еле слышным голосом сказал правду:

– Это… если считать и тот случай с Нико три месяца назад, то от больших легионов, которыми командуют короли, – дважды. И еще один раз от маленького легиона. Но, но, конечно, я им всем отказал сразу же!!!

Он отчаянно добавил последнюю часть, однако, увы, Черноснежка вовсе не была впечатлена. Похоже, ее беспокоило что-то другое; наморщив брови, она снова спросила:

– Хм… А тот, второй из шести больших легионов, он какого был цвета?

– …Дай вспомнить… Синий, кажется…

Прошло несколько секунд, и Черноснежка тихо, но протяжно вздохнула.

– …Вот как, понятно. Надо же, синий, э. И это при том, что они убийц подсылают каждую неделю. Ни стыда ни совести.

– Д-да, именно.

Увидев, что на красивом белом лице наконец появилась улыбка, Харуюки тоже чуть-чуть расслабился, потом склонил голову набок.

– Но… что такого?

– Конечно же, я была уверена. Я знала, что ты ни за что не примешь приглашения другого короля. Я верю, но… все равно не могу не тревожиться. Этот Бёрст-линкер… обладает невероятным магнетизмом.

Короля какого цвета она подразумевала под «этим Бёрст-линкером», Харуюки не понял.

Все еще недоумевая, он глянул на вечернее небо. Вдруг Черноснежка подняла правую руку, осторожным движением провела по щеке Харуюки до подбородка и шепотом заговорила. Ее голос звучал шелково, но в то же время к нему примешалось непонятно откуда взявшееся холодное напряжение.

– Харуюки-кун. Послушай… ты мой. Был моим и останешься моим навсегда. Никогда, ни за что, никому я тебя не отдам.

Это неожиданное прикосновение и заявление заставили Харуюки распахнуть глаза; он забыл дышать – сидел как парализованный.

Если понимать слова Черноснежки буквально, то это было признание в любви – вполне можно так их и воспринимать. Но в ушах Харуюки, уже после того как Черноснежка сомкнула губы, звучали слова, не произнесенные голосом.

Если ты решишь уйти к другому королю, я зарублю тебя.

Ужас погладил Харуюки по спине – но все же он мысленно ответил:

Если такое произойдет, пожалуйста, заруби меня без пощады.

В то же время вслух он ответил с шутливыми нотками:

– К-конечно. Если хочешь, напиши маркером свое имя на моем аватаре.

– …Ху-ху, отличная мысль. Позволь сообщить тебе: «на той стороне» такая вещь существует. Нестираемый маркер.

– Э, ээ?!

Глядя на потрясенное лицо Харуюки, Черноснежка наконец улыбнулась нормально, потом, опустив голову, взяла свой чай и поднесла к губам.

– Прости, мы немного отвлеклись. Главная тема – Курасима-кун. Надеюсь, я уже донесла до тебя, насколько редки аватары-хилеры…

Она вновь поставила стаканчик на стол и, отведя глаза, слегка кивнула.

– Да, как и сказал Такуму-кун, здесь надо действовать крайне осмотрительно. Как только по ускоренному миру разойдется новость о появлении третьего хилера, за Курасимой-кун начнут охотиться самые разные силы.

При этих словах Харуюки охватила тревога.

Он не думал, что Тиюри легко примет приглашение от другого легиона; однако командиром «Нега Небьюлас» была Черноснежка, отношения которой с Тиюри никак нельзя назвать дружескими. Если они конкретно поцапаются – а Тиюри ведь так легко выходит из себя… Она может покинуть легион просто под влиянием импульса, и тогда не исключено, что она окажется в итоге в другом легионе – да нет, не «не исключено», а вполне вероятно…

– …Может так выйти, что… – пробормотал он, и у него вновь спина заледенела от страха. Черноснежка вздохнула и произнесла:

– Похоже, мне придется как следует с ней поговорить по душам.

– …Д-да, правильно.

Хоть Харуюки и кивнул, но ему совершенно не хотелось присутствовать при этом разговоре; однако то, что его там не будет, тревожило сильнее. И во всяком случае, он хотел сперва вместе с Такуму продумать возможные варианты развития событий и попробовать найти хороший выход.

Надо как следует стараться. На максимуме.

Твердо приняв решение, он сжал под столом правую руку в кулак; но тут Черноснежка сказала кое-что совершенно неожиданное.

– Однако этой теме придется подождать десять дней.

– Э? Д-десять дней? Почему так долго?

– Почему, спрашиваешь?.. – со слегка удивленным выражением лица переспросила семпай в черном и тут же ответила: – Из-за школьной экскурсии.

– Хааа?!

– Это должно быть в расписании, которое всем разослали во время классного часа. Через четыре дня, в субботу, третьеклассники отправляются в экскурсию на неделю. Мы едем на Окинаву, так что подумай, что тебе привезти.