В мирное время восхождение тут же было бы обнаружено, так как все подступы ярко освещались прожекторами. После разрушения кольца прожекторы из экономии отключили. Не горели и многие фонари, с темнотой превращая Верхний город в царство теней.

До нужного момента два отряда можно было спрятать в достаточно вместительном дворце Нгени.

– Потренируемся в настоящих горах, – предложил Макнамара. – Отправим всех туда, и пусть учатся.

Жюльен с ужасом посмотрел на него. Он был парнием городским, и сама мысль о сельской местности пугала его.

– В городе нельзя? Залезть на какую-нибудь высотку?

– Это привлечет внимание. – Сула улыбнулась, а потом сказала Макнамаре: – Составь график выездов за город и тренировок. Надо, чтобы каждый совершил минимум по два подъема.

– А как же змеи и прочая дрянь? – в отчаянии спросил Жюльен.

– Будут, а как же,- заулыбался Казимир. – Особенно большие и ядовитые!

Макнамара фыркнул, делая пометку в планшете. Ему по-прежнему не нравились бандиты, чего он даже не пытался скрывать. Бого отвечали на его чувства добродушным снисхождением, показывая, что их ненавидят люди и посолиднее Макнамары.

Сула глотнула минералки и заглянула в повестку.

– Меня заботит безопасность. Операция крупная. Малейшая утечка, и многие из нас умрут.

– Не будем никого посвящать в планы, – сказал Казимир. – Конечную цель должны знать только мы.

Спенс стряхнула сигаретный пепел в одну из изящных пепельниц Патела. Вращаясь среди бандитов и занимаясь поставками табака, она сама начала курить.

– Я думала над этим, – начала она. – Спрячем нашу большую операцию за другой большой операцией. Скажем, что готовимся к одному, а потом, в последний момент, все получат новые приказы.

Сула удивленно посмотрела на нее.

– Что может быть грандиознее захвата Верхнего города?

– Атака Вай-хуна, – ответила Спенс, назвав космодром, где базировались наксидские челноки. – Это могло бы выманить силы безопасности за город.

– Нет, – возразил Казимир. – Лучше скажем, что освободим заложников из тюрем.

Сула бросила на него восхищенный взгляд.

– Великолепно. Такой штурм потребует тех же навыков, что и подъем на акрополь, а это объяснит тренировки. И установим наблюдение за тюрьмами, пусть записывают количество охранников, время смены и так далее, и если вдруг наксиды узнают об этом, у них будет подтверждение легенды.

– Полицию выведут из акрополя, – сказала Спенс. – В центре-то тюрем нет.

– И хотелось бы, если получится, полностью изолировать Верхний город, – продолжила Сула. – Там во дворцах всё полицейское и военное начальство. А в реквизированных отелях, особенно в "Великом Предназначении", расположились командиры помладше. Рядовые же в большинстве своем ночуют в отелях Нижнего города рядом с фуникулером. Если сможем отделить офицеров от подчиненных, то, прежде чем начать действовать, им придется восстановить командную цепочку.

– Принцесса, разве нельзя как-то убить офицеров, пока они спят? – спросил Пател.

– Когда-то я хотела сначала взорвать "Великое Предназначение" грузовиком с бомбой, – сказала Сула, – но Хонг настоял на операции на шоссе Акстатл.

И это обернулось концом для Хонга и всей подпольной армии, за исключением Команды 491.

– Почему бы сейчас не воспользоваться этим планом? – предложил Пател.

– Не выйдет. Вокруг отеля заграждения.

– Их можно снести, – произнесла инженер Спенс.

– Для этого нужна тяжелая техника, – сказала Сула. – Как мы затащим ее на гору?

Спенс бросила окурок в пепельницу и пожала плечами.

– Есть разные способы. В Верхнем городе идут стройки, это можно использовать как прикрытие.

– Организуешь?

– Конечно, – опять пожала плечами Спенс.

– А грузовик с бомбой?

– Легко. – Спенс усмехнулась. – Как раз бомбы это по моей части.

Пател с улыбкой посмотрел на Спенс.

– Я помогу с нужной техникой. Рядом с одним из моих предприятий правительственный склад. По-моему, его и ночью не охраняют.

– Сначала я поеду в Верхний город проверить, что нам нужно.

– Знаете, – Жюльен окинул взглядом на всех за столом, – я начинаю верить, что дельце выгорит.

Казимир посмотрел на Сулу и громко хмыкнул. Его глаза сверкали.

– Нас ведет Белый Призрак, – сказал он, – разве мы можем проиграть?

***

За взрывом наксидской ракеты пришла осень. Холодный северо-западный ветер завывал в проулках, словно плакальщица, скорбящая по погибшей Рембе. Ветер не прекращался целыми днями. Листья деревьев стали коричневыми и хрупкими, осыпавшись на землю, так и не успев порадовать столицу золотом и багрянцем.