Сула сразу начала просчитывать варианты.

– Можно посмотреть прогноз погоды? – спросила она.

Он провел Сулу к столу, и, отдав несколько команд, она узнала, что еще пару суток будут холодные дожди, а потом с юго-запада придет антициклон. Обещали по меньшей мере четыре ясных и по-летнему теплых дня.

"А вот и просвет!" – подумала она, надеясь, что шести дней им хватит.

Сула расправила плечи и посмотрела на ПэДжи.

– Надеюсь, что для перевозки имущества вы воспользуетесь нашей транспортной компанией.

Он пожал плечами, сказав:

– Особо перевозить нечего. С тех пор как отец разорился.

– Вы забыли про оружие, доставленное сюда от Сидни и всё еще лежащее в хранилище.

– Ой. – Глаза ПэДжи расширились.

– И, конечно, клану Нгени не захочется дарить наксидам мебель и прочее имущество. Или наксиды настояли, чтобы всё осталось на месте?

ПэДжи явно об этом не подумал.

– Нет, – ответил он. – Кажется, я могу забрать что угодно.

– Значит, мы перевезем все вещи вашего клана. И надо всё же осмотреть дворец, если, разумеется, вы разрешите нам использовать его для последней операции.

– Разумеется. Конечно. Но я правда смогу присоединиться к подпольной армии после переезда из Верхнего города? – с тревогой спросил ПэДжи.

– ПэДжи, – Сула посмотрела на него, – вы всегда были в подпольной армии. Вы мой первый доброволец.

Он еще беспокоился, но казался польщенным.

– Ну да. Спасибо. Но я хотел бы быть настоящим солдатом.

– Вы всегда были настоящим солдатом.

ПэДжи разрумянился от ее слов.

– Я лишь хотел быть… быть достойным.

– Вы более чем достойны, – сказала Сула. – И, по-моему, вам лучше без нее.

Вытянутое лицо ПэДжи погрустнело, и он сказал:

– Ну, не знаю. Она была такой яркой и живой, а я… – Он замолчал.

Сула вспомнила, о чем он только что упомянул.

– ПэДжи, вы сказали, что ваш отец разорился.

– Да. Азартные игры и… – он вздохнул, – и не менее рисковые биржевые вложения. Акции, фьючерсы, дебентуры, что бы это слово ни значило. Мой отец долго скрывал свой крах, и я некоторое время продолжал вести легкую жизнь – машины, наряды, развлечения и… – он задумался, как лучше сказать, – … и прочее. Но всё было в долг. Мне исполнилось тридцать пять, а потом… – Он развел руками. – Потом всё закончилось.

Сула удивилась. Она всегда считала, что это ПэДжи растратил состояние. А он просто вел типичный для своего класса образ жизни, забывая обо всем, что творится вокруг, пока сама жизнь кардинально не изменилась и он не превратился в жалкого изгоя, которого родственники попытались продать клану Мартинесов. Закончилось тем, что его отвергла женщина, в которую он влюбился, и жениться ему пришлось на другой.

Наверное, ее собственная жизнь казалась даже проще, ведь у нее никогда не было денег.

– ПэДжи, мне жаль.

Но он остался безутешен.

– Я знаю, что брак с Семпронией был по расчету. Но я оказался таким жалким и смешным, что верил и… – В его глазах блеснули слезы. Он отвернулся. – А давайте посмотрим дворец? Ключи у меня с собой.

Сула прошла с ним через двор в гулкий, пустой дом, наполненный лишь тишиной, призраками и пылью. Ей хотелось утешить ПэДжи, но он ждал утешения не от нее.

Еще одна жертва амбиций Мартинесов. Как и она.

***

Три дня лихорадочной работы, и подпольная армия стала похожа на новорожденного великана, который, стряхнув с себя прах, неуклюже выпрямился на гигантских ногах, готовясь сделать первый шаг. Грузовики вывозили из Верхнего города мебель Нгени и возвращались во дворец с краской, полотном, медикаментами и скалолазным снаряжением. Сула ездила с ними, отмечая на карте дворцы с охраной, а значит, и с кем-то, кого стоило охранять. Останется охрана на своих постах во время штурма или бросится в бой? Скоро она узнает ответ.

Тайники с оружием открыли, и грозный арсенал Команды 491 перешел в нужные руки. Друзья из полиции передали со склада подпольщикам четыре сотни новейших автоматических винтовок, столько же бронежилетов, пистолетов и гранатометов с боекомплектом. Полицию даже не пришлось подкупать.

Наксиды поймали пару наблюдателей за тюрьмами, и те выдали известные им ложные сведения. Воспользовавшись тесными связями группировок с правоохранительными органами, Сула узнала, что тюремную охрану без особого шума усилили, а полицию и армию перевели из центра города для предотвращения попыток штурма тюрем.