Вместо вееров — две металлические «птицы». Плавные махи руками и ногами, зависания и баланс между покоем и движением. Легче, мягче… Я веду ладонями, и машины меняют траекторию, по широкой дуге уходя от башни.

Развести руки и ровно, настойчиво и неумолимо вести их в танце. Присесть в отработанной тысячей повторений стойке, изменяя течение энергии.

Мое внимание сбивается, когда один из молодых магов трясет меня за плечо, но окрик старшего избавляет меня от помехи.

Я вижу внутренним взором, как возницы в кабинах у «птиц» судорожно дергают за рычаги и нажимают на все подряд, пытаясь вернуть управление машинами. Нет уж! Эти веера только мои.

Немного силы Жизни — и врагов парализует, и они теперь могут только наблюдать за происходящим. Я увожу машины высоко в небо и за черту города, продолжая танец.

Стойки сменяются одна за другой, и меня переполняет чувство полной гармонии. Последний шаг, и я свожу вместе ладони, а в небе расцветает огненный цветок, когда «птицы» встречаются в лобовом столкновении.

— Так, говоришь, Целитель? — нехорошо прищурился вероятностный маг, глядя на меня. — Не слышал о Целителях, которые убивают.

Не успела я прийти в себя после медитации, как этот мужчина уже взялся за меня.

А он быстро принимает решения, и не глуп. Первое мне на пользу, поскольку он не медлил в критической ситуации, а вот второе… Не хватало только выяснения отношений.

— Во время войны и не такое случается, любезный господин, — ответила я. — Мне сейчас нужно на крепостную стену. Вы можете мне помочь?

Мне до смерти хотелось знать, как разворачивается сражение за стенами города.

— Теперь — да, — ответил он. — Энрик вас проводит и присмотрит.

От группы магов отделился один, с виду совсем юнец, который встал рядом со мной, и мы пошли в сторону западных крепостных ворот.

«Присмотрит». Интересно, интересно…

— А это кто? — спросила я молодого мага.

— Магистр Ульфр, — удивленно воззрился на меня паренек, удивившись, что я могла этого не знать.

— Вот как, — нейтрально ответила я.

Буду иметь это ввиду… если выживу. Интересные люди водятся в Гильдии, что Хьюго, что Ульфр. С первым я бы хотела снова встретиться и задать пару вопросов, а с последним лучше не встречаться.

Мы добрались до стены и, доложившись Страже, по внутренней лестнице поднялись на самый верх. Стены были чуть ниже магических башен, и я ощутила себя на вершине горы. Время от времени литой блоки из литого камня потряхивало.

Неподалеку часть стены отсутствовала. Какой же силы должен быть взрыв, если это произошло?

Но я не стала отвлекаться, так как меня ждала работа. Теперь у меня было достаточно Силы, чтобы поставить на ноги множество раненых и поддержать измотанных воинов. Вероятностный маг бдительно отслеживал возможную опасность, дословно выполняя указание присмотреть за мной.

— Энрик, это не обязательно, — попыталась отвязаться я от мага, чтобы он не не смотрел «под руку», но он не слушал.

Рядом, схоронившись за бойницами, находились медикусы, которые тоже не сидели без дела и занимались ранеными. Но и моя помощь была нелишней.

Тех, кто более-менее пришел в себя, уносили вниз, а самых «тяжелых» больных оставляли здесь до окончания боя.

В один из моментов, когда я практически закончила, и уже не осталось пациентов, я осторожно выглянула наружу.

На горизонте из-за внутреннего земляного вала ничего не было видно. Только алело пламя пожаров и сгущалось зыбкое марево магии, которую собирали городские маги. В отдалении слышался шум стрельбы и крики.

«Данна!»

Я пока не чувствовала той нити, про которую он говорил. Это значит, что все в порядке? Я очень надеялась на это.

В ответ на мысленный зов я почувствовала мягкий ответ. Это было что-то на грани чувств, вместе с биением крови оно говорило: «Я жив». Хвала Силам! Еще есть надежда.

Я ощущала страх не за себя, а за него.

Оставалось только ждать.

В мучительном ожидании я провела, казалось, целую вечность.

Шум за стенами утих, выстрелы раздавались все реже. Что это значило для нас? Или наша армия побеждает, или захватчики добивают оставшихся в живых. Натянутые до предела нервы требовали что-то сделать, куда-то бежать, но я ждала.