Когда я увидела нового преподавателя, я снова вспомнила слова своего первого учителя и названого отца.

Я не смогла сдержать своего удивления. Могла ли я ошибиться? В Рэнсе было немало жителей Хины, и я их хорошо различала.

— Тема сегодняшнего занятия — медитация на внешний Источник при физической нагрузке. А также вы разучите несколько простейших приемов самообороны. Кто не справится — будет бегать! В нужный момент это непременно пригодится, — улыбнулся мастер Эрвин. — А теперь разрешите представить — ваш новый наставник, Золотой Лис с Хины!

Новый преподаватель первое время не вмешивался, наблюдая, как мастер Эрвин гоняет нас по полигону. Что касается самообороны — особых успехов я не достигла, так что мне пришлось учиться бегать.

Золотой Лис и мастер Эрвин показали несложный с виду прием. Мастер поставил меня в пару с ильвом. Не справившись с хитрым захватом, я с заломленной рукой окунулась лицом в пыль. Блодвин не торопился освобождать меня. Еще немного, и он повредит мне руку.

— Стоп! Разошлись! — скомандовал мастер Эрвин. — С рукой все в порядке?

— Не совсем.

Тут лучше перестраховаться, чем потом жалеть. Для медикуса руки — его рабочий инструмент. Эх, жаль, нельзя применять Силу…

— Идите, пусть вам окажут помощь.

Я отошла к старшекурсникам целителям, которые дежурили по периметру, готовые оказать первую помощь пострадавшим на тренировке. Через несколько минут все уже было в порядке, и я вернулась обратно. И второй, и третий, и четвертый приемы были усвоены мною столь же «блестяще». Определенно, боевые искусства — не мой конек. По крайней мере, в такой форме.

Сочтя меня безнадежной, мастер отправил меня бегать.

Наматывая круги, я вспоминаю «правильное» ощущение с прошлой тренировки. Ноги в мягких сапогах ильвийской работы вздымают земляную пыль. Мерно дышу в такт движениям.

Здесь и сейчас…

Не существует ничего…

Только бег…

Совершенство каждого движения, ничего лишнего. Сама сила тяжести помогает мне нестись вперед. Тело не становится легче, но — ощущается легким и стремительным.

Я отставала в начале забега, а теперь обгоняю измотанных однокурсников, столь же бесталанных в боевых искусствах. Сколько уже кругов?

В какой-то момент вижу себя со стороны. Чумазая девушка с разлохматившейся косой бежит, ритмично впечатываясь ногами в землю на дорожке. Мое тело как будто движется само по себе.

Это похоже на танцы с веерами, но иначе. Ма показывала, как сознание может перетекать в предмет. Но она ничего не говорила о выходе из тела.

Порой задумаешься — а потом замечаешь, как прошел пару кварталов. Но там ты уходишь вглубь своего «я». Здесь я ухожу вовне. Красиво…

И совсем не хочется возвращаться.

— Эй, ты! — кричит на всеобщем Золотой Лис.

Кому это он? Мне?

Внезапно возвращаюсь в свое тело, пробегаю еще несколько шагов и останавливаюсь. Странно, я даже не запыхалась, только сердце бьется быстрее обычного.

Ко мне подошел Золотой Лис.

— Назовись.

— Твигги из Рэнса, господин, — машинально промяукала я на женском ханью и потупила взгляд. Эти будут похуже купцов из Халифата, если женщина будет вести себя слишком вольно в их присутствии.

Он не выказал своего удивления.

— Мастер Эрвин говорит, ты умеешь входить в «мгновенность», — сказал хинец.

— Медитирую на внешний и внутренний Источник, да, это так, господин.

— В тебе кровь хань? — спросил Золотой Лис.

— Не знаю, возможно, господин.

— Что знаешь еще из искусств?

— Только танцы с веерами и немного письмо, господин, — в недоумении ответила я.

Зачем ему это знать? За почтительным поклоном я скрыла свое смущение.

— На следующую тренировку приноси веера. Драться больше не будешь, — решил воин.

— Как скажет господин, — снова поклонилась я.

Золотой Лис отошел, а я осталась размышлять, какие планы на меня имеет этот воин. Учить женщину — мало чести. В чем же дело?

Если, обучая, будет лупить так же, как Ма… ой…

Мое первое занятие у господина Септимо! Это будет поинтереснее, чем бег или гербарии! Я уже заранее заготовила вопросы про кота, и не только. Интересно, а как Лейфр Добрый поднял сам себя?

Несмотря на то, что я пришла намного раньше начала занятия, в коридоре уже кто-то был. Высокий и смуглый, как все южане, молодой человек в черной накидке некроманта подпирал стену возле класса. Худощавый, он, казалось, еще рос.