Адам передал ей бокал, она отхлебнула и поморщилась:

– Кошмар… не хочешь позаботиться об остальном?

– Я – пас. – Усевшись на краю ванны, он вылил содержимое бокала.

Удивившись, она слишком сильно сжала кусок мыла, и он выскользнул.

– Водобоязнь, – пробормотала она. – Нет, не волнуйся, я сама достану. – Погрузив руку в воду, она принялась искать. – Ты когда-нибудь думал о том, что можно сделать мыло, которое не выскальзывало бы из рук? – Наконец она схватила кусок. – Ага! Я ценю, что ты принес мне это отвратительное пойло, Адам, но сейчас, если хочешь уйти…

– Я не спешу, – Он немного лениво забрал у нее губку. – Ты что-то говорила о спинке.

– Грабеж! – Фэйрчайлд ворвался в ванную. – Звоните в полицию! Звоните в ФБР! Адам, будете свидетелем. – Он кивнул, не находя ничего странного в том, что они все встретились в ванной его дочери.

– Как я рада, что у меня большая ванная, – пробормотала Кирби. – Жаль, не подумала подать закуски. – Она пробежалась мылом по руке. – Что украли, папа? Уличные сценки Моне? Портрет Ренуара? А, нет, знаю – твои любимые носки.

– Мой черный парадный костюм! – Он драматично указал на потолок. – Мы должны снять отпечатки пальцев!

– Очевидно, преступник псих-фетишист, – заключила Кирби. – Люблю загадки. Давайте составим список подозреваемых. – Она убрала с глаз волосы и откинулась – голый соблазнительный Шерлок Холмс. – Адам, у тебя есть алиби?

Слабо улыбнувшись, он провел влажной грубой губкой по ее руке:

– Я весь день соблазнял Полли.

Ее глаза задорно сверкнули.

– Это не пойдет, – серьезно произнесла она. – Полли можно соблазнить за пятнадцать минут. Полагаю, у тебя есть черный парадный костюм.

– Косвенное доказательство.

– Ордер на обыск, – решительно вмешался Фэйрчайлд. – Мы получим ордер на обыск и прочешем весь дом.

– Это займет слишком много времени, – сказала Кирби. – На самом деле, папа, думаю, лучше всего спросить у Кардса.

– Это сделал дворецкий! – ликующе прокудахтал Фэйрчайлд, но затем осекся. – Нет, нет, мой костюм ни за что бы не налез на Кардса.

– И правда. Не хочу быть доносчиком, но я подслушала, как он говорил Тьюлип, что собирается взять твой костюм.

– Доверие, – прошептал Фэйрчайлд Адаму. – Никому нельзя доверять.

– Думаю, его мотивом были чистка и глажка. – Кирби принялась изучать пальцы ног. – Уверена, он расквасится от подобных обвинений.

– Прекрасно. – Фэйрчайлд потер тонкие ловкие руки. – Я самолично разберусь с этим делом, не предавая его огласке.

– Храбрец, – заключила Кирби, когда отец вылетел из ванной. Спокойная и удивленная, она улыбнулась Адаму. – Кажется, мои пузыри тают, так что продолжим обсуждение в другое время.

Потянувшись, Адам дернул цепь и вытащил старомодную затычку из громадной ванны.

– Время наступает тогда, когда мы решаем начать и закончить нечто гораздо серьезней, чем просто беседа.

Кирби наблюдала, как уровень воды – и ее защита – падают. «Когда тебя загоняют в угол, лучшее, что ты можешь сделать, – вести себя беспечно», – решила она. Попробовала улыбнуться, хоть и не смогла скрыть волнения.

– Сообщишь мне, когда будешь готов.

– Обязательно, – ответил он спокойно, затем поднялся и оставил ее одну.

Позже Адам, спускаясь по лестнице, услышал голос Кирби и улыбнулся.

– Да, Тьюлип, я выпила эту ужасную смесь. Я не опозорю тебя, упав в голодный обморок в гостиной Харриет.

Низкий рокот, прозвучавший в ответ, свидетельствовал о неудовольствии.

– Крылья сверчка, я носила каблуки большую часть жизни. И они не шесть дюймов, а три. Да, большая часть женщин там будут выше меня. Иди печь торт, хорошо?

Адам услышал бормотание и сопение, когда Тьюлип прошла мимо него.

– Адам, слава богу! Пойдем, пока она не нашла к чему бы еще прицепиться.

На Кирби было белоснежное платье из тонкой струящейся материи, ничем не украшенное. Оно прикрывало руки, шею, словно наряд монахини, и все же соблазняло, как тропическая ночь. Волосы, черные и прямые, ниспадали на плечи.

Кирби взяла черную шаль и накинула на себя, несколько мгновений разглаживала ткань, мерцавшую под светом ламп. Она словно сошла с шедевра Мане – сильная, таинственная, вечная.

– Ты волшебно выглядишь, Кирби.