– Я не верю в мольбу, – произнесла она так беззаботно, как могла. – И Стюарт никогда не заставил бы меня плакать.

– Но ты дрожишь, – возразил он, положив руки ей на плечи.

– От злости. – Кирби глубоко вздохнула. Она не хотел демонстрировать слабость. – Но я оценила режим белого рыцаря.

Он улыбнулся и поцеловал ее макушку.

– В любое время. Почему бы нам… – Он замолчал и развернул ее.

След от руки Стюарта почти исчез, но все еще можно было различить слабую красноватую отметину. Адам коснулся ее щеки, глаза его были холодны. Холодней и опасней, чем Кирби когда-либо видела.

Не сказав ни слова, он повернулся и направился к дверям.

– Нет! – Кирби редко чувствовала подобное отчаяние. Она схватила Адама за руку. – Нет, Адам, не надо. Не вмешивайся в это.

Он отстранил ее, но она загородила двери, опершись на них. Слезы, которые она могла контролировать при Стюарте, сейчас выступили на глаза.

– Пожалуйста, на моей совести и так достаточно проступков, не позволю втянуть в это и тебя. Я живу так, как решила сама, и хочу выбраться из этого тоже сама.

Он хотел отмахнуться от ее слов, броситься в толпу, шумевшую за дверьми, и наложить руки на Стюарта. Больше всего на свете он жаждал удовлетворения от запаха мужской крови. Но Кирби стояла перед ним, маленькая и хрупкая, со слезами на глазах. А она не из тех, кто легко показывал слабости.

– Хорошо. – Он вытер каплю с ее щеки и поклялся на ней, что непременно почувствует запах крови Стюарта Хиллера, прежде чем все закончится. – Ты только откладываешь неизбежное.

Кирби на мгновение облегченно закрыла глаза, а когда открыла, они все еще были влажными, хотя отчаяние испарилось.

– Я не верю в неизбежность. – Она взяла его руку и поднесла к своей щеке, держа там до тех пор, пока не почувствовала, как напряжение покидает их. – Ты, наверное, пришел, чтобы увидеть мой портрет. Он там, над столом.

Она показала, но Адам не перевел взгляд.

– Я рассмотрю его после того, как уделю внимание оригиналу.

Он прижал Кирби к себе. Простой жест поддержки, не знакомый ни одному из них. Кладя голову ему на плечо, она почувствовала умиротворение и подумала о плане, который уже приводился в исполнение.

– Прости меня, Адам.

Он услышал сожаление в ее голосе и прижался губами к ее волосам.

– За что?

– Не могу сказать. – Она обхватила руками его талию, цепляясь за него, как никогда ни за кого не цеплялась. – И все равно прости.

Поездка домой выдалась более спокойной – Кирби разместилась на пассажирском сиденье. Возможно, при иных обстоятельствах он объяснил бы ее молчаливость и смущение сценой с Хиллером. Но он помнил, как она отреагировала на новость о продаже Тициана.

Интересно, какие мысли калейдоскопом кружатся в ее голове. И как он собирался это выяснить. Напрямую, решил Адам и мельком подумал о том, как жалко тратить лунный свет впустую.

– Тициана продали, – начал он, притворяясь, что не видит, как Кирби трясется. – Долго он был у Харриет?

– Тициан? – Она сложила руки на коленях. – О, годы и годы. Твоя миссис Бирмингэм похожа на кабачок, не находишь?

– Она не моя миссис Бирмингэм. – «Новая игра», – заключил он и расслабился. – Жаль, что его продали до того, как я его увидел. Я большой поклонник Тициана. Картина в моей комнате великолепна.

Кирби издала звук, похожий на нервное хихиканье.

– Тот в галерее так же великолепен, – сказала она. – А, наконец, мы и дома. Оставь машину перед входом, – продолжила она облегченно и немного раздраженно из-за того, что последующие ее слова положили начало новой игре. – Кардс о ней позаботится. Надеюсь, ты не возражаешь, что мы так рано вернулись. Папа дома, – добавила она и вышла из «порше». – Наверное, у него ничего не получилось с Харриет. Не хочешь выпить перед сном?

Она пошла вперед, не дожидаясь его согласия. Понимая, что вот-вот станет частью какого-то наспех сколоченного плана, Адам следовал за ней. Все слишком уж идеально, подумал он, увидев у порога приветливо улыбавшегося Фэйрчайлда.

– Слишком много людей, – объявил Филипп. – Я предпочитаю более спокойные вечеринки. Давайте выпьем и посплетничаем.

«Не надо так явно выказывать тревогу», – подумала Кирби и почти хмуро взглянула на отца.

– Пойду велю Кардсу перегнать «роллс» и мою машину.

Однако заколебалась, когда мужчины вошли в гостиную. Адам заметил нерешительность в ее глазах, прежде чем Фэйрчайлд хихикнул и хлопнул его по спине.

– И не торопись назад, – сказал он Кирби. – На сегодня с меня хватит женщин.