— Входи! — откликнулся усталый голос.

Оптион жестом велел своим людям оставаться снаружи и пригласил Семпрония и его спутников в кабинет префекта.

Прикрытые ставнями окна просторной комнаты смотрели над городом в сторону моря. В обычный день из них открывался бы превосходный вид, подумал Катон, но сегодня окна смотрели на панораму разрушения и страданий. Перед окнами за столом сидел плотный мужчина в красной армейской тунике, совершенно лысый и покрытый морщинами. Прищурясь, он посмотрел на посетителей.

— Да? А, это ты, оптион. Кто эти люди?

— Они пришли к главным воротам, господин. — Оптион показал на Семпрония. — Этот благородный муж утверждает, что является римским сенатором Гаем Семпронием. Двое других, по его словам, — центурионы.

— Понятно. — Портиллус вновь прищурился, а затем поднялся из кресла и подошел к гостям, чтобы разглядеть их более внимательно. — Итак, господин мой, могу ли я спросить, что вы делаете здесь, в Матале?

— Безусловно, — терпеливо ответил Семпроний. — Мы находились на направлявшемся в Рим корабле. И вчера вечером возле берегов Крита нас поразила гигантская волна.

— Откуда шел ваш корабль? — прервал его Портиллус. — Из какого порта?

— Из Кесарии, на сирийском берегу, — немедленно ответил Семпроний.

— Может ли это подтвердить капитан корабля?

— Его унесла волна. Но ты можешь расспросить первого помощника, если ощущаешь подобную необходимость.

— Могу. Позже. — Портиллус подозрительно уставился на всех троих. — Полагаю, вы видели, что натворила волна в Матале. Отсюда возникает вопрос: если ей хватило силы разрушить целый город, то как мог уцелеть простой корабль?

— Клянусь богами, не сказал бы, что он уцелел! — вмешался Макрон, одаривший Портиллуса яростным взором. — А вот тебя происходящее, похоже, не затронуло. Не потрудишься ли объяснить, а? Сидишь себе здесь, когда от твоего города осталось смердящее дерьмо.

Семпроний опустил руку на плечо Макрона.

— Довольно. Центурион Портиллус имеет право на осторожность. В ближайшее время на острове обнаружится немало праздношатающегося люда. Пришедший к нему может назвать себя любым именем. Подтвердить свои слова я могу только имеющимся при мне сенаторским кольцом. Вот, смотри.

Он протянул руку Портиллусу, чтобы тот мог рассмотреть кольцо.

Портиллус поскреб подбородок.

— Ну, хорошо, предположим, что вы являетесь теми, кем назвались. Что вы делаете здесь?

— Матала оказалась ближайшим портом, куда смог дотянуть наш корабль, после того как мы по возможности залатали повреждения, — пояснил Семпроний. — Мы надеялись на то, что наш корабль здесь отремонтируют, или что нам удастся пересесть на другой корабль и продолжить путь. Но теперь, увидев, что осталось от Маталы, я понимаю, что мы застряли здесь до прибытия какого-нибудь корабля. А в таком случае нам необходимо жилье на время пребывания здесь. Я надеялся на помощь твоего командира, но, вижу, он отсутствует в городе.

— Ты прав. Он отправился в Гортину, во дворец правителя, на ежегодное пиршество. С префектом и всей местной знатью. Как только нас поразили землетрясение и волна, я послал к нему вестника. Он может вернуться в любой момент и взять бразды правления в свои руки.

— А далеко ли отсюда Гортина? — спросил Катон.

— До нее примерно пятнадцать миль.

— И префект еще не вернулся и не прислал свой ответ?

— Нет, пока еще нет.

Макрон глубоко вздохнул, стараясь подавить в себе чувство негодования.

— А что ты сделал с тех пор?

— Сделал?

— Да, сделал… чтобы помочь этим людям. — Макрон указал большим пальцем в сторону окна. — Чтобы спасти оказавшихся в завалах, помочь раненым, накормить и напоить уцелевших и восстановить порядок. Что?

Портиллус нахмурил лоб.

— Я сделал все необходимое, чтобы собрать всех людей из моей когорты и приготовить их к возвращению префекта, дабы они могли исполнить те приказания, которые он отдаст после возвращения из Гортины. Вот что я сделал.

— Дерьмо собачье! — рявкнул Макрон. — Херня, а не работа. Ты со своими людьми просиживаешь свою задницу за воротами крепости, когда людям внизу нужна ваша помощь. Вы должны поддерживать здесь порядок. У гарнизона сейчас бездна дел.

Семпроний кашлянул.

— Макрон, я не сомневаюсь в том, что центурион Портиллус и его люди сделают все необходимое после возвращения префекта.

— Если только он вернется, — добавил Катон.

Все повернулись к нему. Портиллус удивленно приподнял брови.