— То есть он хочет все испытать на себе, — объяснил Эдди. — Чтобы ты посадил его на скэг. И готов раскошелиться.

— Вас, должно быть, поразила моя странная прихоть, — сказал Джеральд. — Она меня самого поразила. Но это единственный способ осуществить проект. Я хочу сказать, что готов пойти на какой угодно риск. Личный опыт — это то, что придает произведению ценность. — Он не сводил с Хикса честных глаз. — Надеюсь, вам не кажется, что я ненормальный.

Хикс встал.

— Прошу прощения, — сказал он. — Мне нужно поговорить с вашим приятелем.

Эдди Пис медленно, осторожно поднялся, словно боясь ступить в лужу, разлитую у кресла.

— Ты не хочешь дослушать его до конца, Рэймонд?

Хикс вышел на крыльцо и оставил дверь открытой.

— Надо немножко поболтать о наших с ним делах, — объяснил он своим друзьям.

Оставшись наедине с Мардж, Джеральд и Джоди молча переглянулись.

— Хотите выпить? — предложила Мардж.

Ее непринужденность передалась им, и они почувствовали себя немного свободнее. Чего она и добивалась.

— Не откажусь, — быстро ответил Джеральд.

Джоди колебалась:

— Уж и не знаю, стоит ли?

— Думаю, нам следует выпить, — развеял ее сомнения Джеральд.

Мардж отодвинула вещмешок с пистолетами в конец кровати и протянула Джеральду бутылку:

— Стаканов, к сожалению, нет.

— Ничего страшного, — успокоил ее Джеральд. Поднял бутылку и посмотрел бурбон на просвет. — Отличный виски.

Сделав три больших глотка, он передал бутылку жене. Та хмуро выпила.

— Вы будете? — спросила она Мардж, протягивая бутылку.

Мардж взяла бутылку и тоже отпила. Почему-то виски показался ей сладким, как шерри.

— Вы наркоманка? — спросила Джоди.

— Разумеется, — ответила Мардж.

Джоди с пониманием улыбнулась:

— Нет, ну в самом деле?

— Сама не знаю, наркоманка или нет.

— Разве неуверенность обычно не предполагает положительного ответа?

Мардж пожала плечами.

— А он… — поинтересовался Джеральд, — он наркоман?

— Нет.

— А это не странно с точки зрения морали? — спросила Джоди.

— Это как посмотреть. Мне кажется, тут важно иметь чувство юмора, — сказала Мардж.

Джеральд снова приложился к бутылке.

— Мы здесь не для того, чтобы кого-то осуждать, — сказал он. — Существует такая вещь, как потребность данного конкретного человека. Может быть, она находится вне морали.

От выпитого у Мардж заболели глаза. Она закрыла их, чтобы свет не попадал, и откинулась на подушки. Ей ведь велели заткнуться.

— Вы, должно быть, потрясающий писатель, — пробормотала она.

Хикс и Эдди Пис разговаривали, стоя у стены крайнего бунгало. Эдди повернулся к ветру спиной и обхватил руками плечи.

— Это же полный бред, — сказал Хикс.

— Я подумал, что они хотя бы позабавят тебя.

— Позабавят? — Хикс аж затрясся. — У тебя железные нервы. Что случилось с англичанином?

— У меня для тебя новости, — сказал Эдди. — Твой товар плохо пахнет.

— Ты что-то путаешь.

— Не думаю, — ответил Эдди.

Хикс озадаченно провел рукой по волосам.

— Тогда забирай своих придурков и катись отсюда, — сказал он, раздраженно мотнув головой.

— Это ты кое-что путаешь, Рэймонд. Ты не знаешь, как тут делаются дела. Этот парень только что получил безумные деньги. Жена у него — богатая наследница. Говорю тебе, эти двое не знают счету деньгам.

— Это ты жулик, — сказал Хикс, — не я. У меня отличный товар — на кой черт мне эти психи?

— Рэймонд, пора тебе кой-чему научиться. Я передаю тебе этого лопуха из рук в руки. — Он взял правую руку Хикса и сжал ее. — Он приятный парень. Очень вежливый.

— Не понимаю, о чем ты.

— Тогда ты дурак, Рэймонд. Я говорю тебе: твой товар здесь не пойдет. Я дам тебе шесть тысяч за скэг. Чуть-чуть воображения — и ты получишь с Джеральда намного, намного больше. Слушай, ты упадешь, если узнаешь, сколько я вытянул из этой парочки. Парень насмерть перепуган — даже если еще не знает об этом. Он будет вести себя благоразумно.

— Сколько ты дашь мне? — сказал Хикс. — Повтори еще раз, какую ты цифру назвал? — Он взял Эдди за плечо.