Подпроект «Массовый сбор образцов ДНК» продвигался успешно, и я довольно быстро освоил сборник рецептов. Вопреки распространенному мнению, алкоголь не разрушает клетки мозга.

Перед отходом ко сну у меня возникло непреодолимое желание позвонить Рози и похвастаться своими достижениями. С точки зрения логики в этом не было никакой необходимости: докладывать о том, что проект идет по плану, — пустая трата времени. В результате победила логика. С небольшим перевесом.

Мы с Рози встретились в кафе за двадцать восемь минут до начала вечеринки выпускников. К своей ученой степени доктора философии я теперь смело мог добавить сертификат Ответственного За Раздачу Алкогольных Напитков. Экзамен оказался нетрудным.

Рози уже была в униформе барменши и принесла мужской комплект для меня.

— Я забрала его пораньше и успела постирать, — сказала она. — Не хочется повторения сеанса карате.

Она явно намекала на Инцидент с Пиджаком, хотя в тот раз были применены приемы айкидо.

Я основательно подготовился к сбору образцов ДНК. В моем саквояже лежали пакетики с застежкой, салфетки и самоклеящиеся этикетки с именами выпускников. Рози настояла на том, чтобы не брать пробы у тех, кто не присутствовал на том выпускном вечере, поэтому я их вычеркнул. Она удивилась, узнав, что я заучил все имена наизусть. Но в этот раз я не имел права на ошибку.

Встреча выпускников проходила в гольф-клубе, что показалось мне странным. Вскоре, однако, я обнаружил, что помещение куда больше подходило для банкетов, нежели для игры в гольф. Я убедился и в том, что мы обладаем чересчур высокой квалификацией. В баре был свой персонал, который отвечал за приготовление коктейлей. От нас требовалось лишь принимать заказы, разносить напитки и, что самое главное, собирать грязную посуду. Выходит, зря я убил столько времени, осваивая ремесло бармена.

Начали прибывать гости. Мне выдали поднос с напитками. Но на гостях — никаких бейджей с именами! Как же мы будем идентифицировать поставщиков ДНК? Я разыскал Рози. К счастью, она не только увидела ту же проблему, но и нашла выход из ситуации — выход, основанный на правилах светского общения:

— Подходи к гостям и говори: «Привет, я Дон, сегодня вечером я буду обслуживать вас, доктор…» — Она показала мне, как закатывать глаза, призывая собеседника назвать свое имя.

Поразительно, но этот прием срабатывал в семидесяти двух с половиной процентах случаев. Чтобы меня не обвинили в сексизме, пришлось применять его и к женщинам, хоть они не представляли для нас интереса.

Прибыли Имонн Хьюз и Питер Энтикотт — те, кого мы уже исключили. Как друг семьи, Имонн наверняка знал о работе Рози, а про меня она сказала, что я тружусь по вечерам. Для Питера Энтикотта сошла версия, будто Рози трудится в баре на полставки, пока пишет диссертацию. Возможно, они оба решили, что мы и познакомились в баре — на заработках в свободное от науки время.

Труднее всего было снять пробы со стаканов. Мне удавалось обработать всего один образец с каждого подноса, который я возвращал в бар. У Рози дела шли еще хуже.

— Я задолбалась отслеживать все имена, — бросила она, проходя мимо меня с подносом. Гостей все прибывало, и Рози заметно нервничала.

Иногда я забываю о том, что многие не знакомы с основными правилами запоминания данных. Успех подпроекта теперь целиком зависел от меня.

— Ничего, они скоро все рассядутся, — сказал я. — Нет причин беспокоиться.

Я оглядел обеденные столы, накрытые на десять персон каждый, плюс два стола по одиннадцать мест. Нехитрая арифметика подсказала общее количество гостей: девяносто два. Разумеется, эта цифра включала и женщин. Супруги и друзья выпускников не приглашались. Существовал небольшой риск, что отец Рози — транссексуал. Я сделал мысленную пометку проверить женщин на предмет мужеподобности и взять пробы у тех, кто вызовет у меня сомнения. Но в целом фронт работ не отпугивал.

Когда гости расселись, характер обслуживания изменился. Вместо раздачи ограниченного ассортимента напитков мы стали принимать индивидуальные заказы. Очевидно, это было в новинку. Обычно к столу подавали вино, пиво и воду в бутылках. Но поскольку клуб был заведением высокого класса, там придумали систему заказов, заодно обязав нас «продвигать напитки из дорогого сегмента» — понятно, с какой целью. Я подумал, что если хорошо справлюсь с этой задачей, то мне простят все остальные промахи.

Я подошел к столику на одиннадцать персон. До этого я уже представился семерым гостям и получил шесть имен.

— Приветствую вас, доктор Колли, — начал я с женщины, с которой успел познакомиться. — Что бы вы хотели выпить?

Она как-то странно посмотрела на меня. Я решил, что допустил очередной ляп — на этот раз по ассоциации: может, она вовсе не доктор Колли, а доктор Доберман. Или доктор Пудель. Но она не поправила меня.

— Просто бокал белого вина, спасибо.

— Рекомендую «Маргариту». Самый популярный в мире коктейль.

— О, вы готовите коктейли?

— Совершенно верно.

— В таком случае, — сказала она, — я возьму мартини.

— Обычный?

— Да, спасибо.

Нет ничего проще.

Я повернулся к незнакомому мужчине, сидевшему рядом с ней, и попытался проделать трюк Рози:

— Приветствую, меня зовут Дон, я буду обслуживать вас сегодня вечером, доктор…

— Вы сказали, что делаете коктейли?

— Совершенно верно.

— «Роб Рой» знаете?

— Конечно.

— Ну, тогда мне один.