Когда мы вернулись с пробежки, Клодия и Юджиния завтракали.

— Нужен совет, — сказал я, сев за стол.

— А подождать никак? — спросила Клодия. — Нам надо отвезти Юджинию на урок верховой езды, а потом мы обедаем с приятелями.

— Нет. Я, наверное, допустил ошибку и нарушил одно из правил Джина.

— Дон, думаю, панамская птичка улетела. Не расстраивайся и считай это за опыт, — сказал Джин.

— Правило относится к Рози, а не к Бьянке. Никогда не упускай шанс на секс с женщиной до тридцати лет.

— Это Джин тебе такое сказал? — удивилась Клодия.

В комнату вошел Карл, и я приготовился к отражению его ритуальной атаки, но он остановился и уставился на своего отца.

— Я решил, что мне следует посоветоваться с тобой как с психологом и с Джином как с практиком, — сказал я.

Джин посмотрел на Клодию, потом перевел взгляд на Карла.

— Это было в моей непутевой молодости, — сказал он. — Но не в отрочестве.

Он снова повернулся ко мне:

— Думаю, твое дело может подождать до завтрашнего ланча.

— А как же Клодия? — спросил я.

Клодия встала из-за стола.

— Уверена, что в этой области нет ничего такого, чего не знает Джин.

Это звучало обнадеживающе, особенно из уст его жены.

— Так что ты сказал? — спросил Джин.

Мы встретились за обедом в университетском клубе, как договаривались.

— Я сказал, что не обратил внимания на ее внешность. Мне не хотелось, чтобы она думала, будто я рассматриваю ее как сексуальный объект.

— Господи, — вздохнул Джин. — Если бы ты думал, прежде чем говорить, ты бы понял, что лучше промолчать.

— То есть надо было сказать, что она красивая? — недоверчиво спросил я.

— Ну, в общем картина понятна, — сказал Джин, окончательно меня запутав. — Настолько понятна, что даже объясняет торт.

Должно быть, я выглядел совершенно обескураженным. По очевидным причинам.

— Рози ела шоколадный торт, — пояснил Джин. — За рабочим столом. На завтрак.

Подобный выбор, конечно, не назовешь полезным для здоровья. К тому же в случае Рози все усугубляется курением. Но это уж точно не индикатор стресса. Между тем Джин уверял, что торт она ела исключительно для поднятия настроения.

Снабдив Джина необходимыми данными, я перешел к изложению сути проблемы.

— Ты ведь сказал, что она не твой идеал, — напомнил Джин. — Что она не годится на роль спутницы жизни.

— Совершенно верно, она — не годится. Но Рози на редкость привлекательна. Если я собираюсь заняться с кем-нибудь сексом без обязательств, лучшей кандидатуры не подберешь. К тому же у нее нет эмоциональной привязанности ко мне.

— Тогда в чем проблема? — спросил Джин. — У тебя уже был такой секс?

— Конечно, — ответил я. — Мой врач настоятельно это рекомендует.

— Прорыв в медицине! — воскликнул Джин.

Наверное, он так шутил. Думаю, польза регулярного секса давно всем известна.

— Но как только в этом деле появляется второй человек, все сразу же усложняется, — завершил я.

— Ох, — сказал Джин. — Как же я сразу не догадался. Может, хоть книжку по теме прочтешь?

Интересующая меня информация была доступна и по Интернету, но результаты поиска «секс-позы» убедили меня в том, что книга — лучший источник знаний: больше учения — меньше отвлечения.

Подходящий учебник нашелся быстро. Вернувшись к себе в кабинет, я выбрал наугад одну из предлагаемых поз. Она называлась «Перевернутый ковбой» (вариант 2). Я попробовал — ничего сложного. Но, как я и говорил Джину, проблема заключалась во втором участнике. Я достал из шкафа скелет и взгромоздил его на себя, следуя иллюстрации из книги.

В университете существует неписаное правило: нельзя открывать дверь кабинета, не постучавшись. Джин регулярно его нарушает, вламываясь ко мне без стука, но мы с ним друзья.

А вот декана я своим другом не считаю. Так что вышло неловко. К тому же зашла она не одна — впрочем, как раз в этом вина целиком лежала на декане. И хорошо еще, что я не разделся.

— Дон, — сказала она, — если ты можешь отложить ремонт скелета, я бы хотела представить тебе доктора Питера Энтикотта из Совета по медицинским исследованиям. Я упомянула о твоей работе по циррозу, и он выразил горячее желание познакомиться с тобой. Чтобы обсудить проект финансирования. — Она сделала акцент на последних словах — будто я был бесконечно далек от университетской политики и мог забыть о том, что ее мир крутится вокруг финансов. Собственно, так дело и обстояло.