Я видел, что Рози задумалась и копается в памяти.

— Возможно. Исаак. Думаю, да. Кажется, они дружили. Черт, это же было так давно. — Она замолчала. — А второй?..

— Соломон Фрейберг. Хирург.

— Это случаем не родственник Макса Фрейберга?

— Его второе имя Максвелл.

— Блин. Так и есть, Макс Фрейберг. Он что же, сейчас в Нью-Йорке? Не может быть. То есть шанс, что я его дочь, — как ты говоришь, да? — один к трем. И уже двое из этой троицы — евреи.

— Если твоя мать сказала правду.

— Мама не стала бы лгать.

— Сколько тебе было, когда она умерла?

— Десять. Я понимаю, к чему ты клонишь. Но тут права я.

Спорить по этому вопросу бессмысленно. Я перешел к следующей позиции:

— Тебя что, смущают еврейские корни?

— Что вдруг? Еврей — о'кей. Меня смущает Фрейберг. Если он мой отец, то понятно, почему мама язык прикусила. Ты что, никогда о нем не слышал?

— Только в связи с этим проектом.

— Если бы ты был футбольным фанатом, то наверняка бы знал.

— Он что, футболист?

— Президент футбольного клуба. И полный мудила. А кто третий?

— Джеффри Кейс.

— Бог ты мой. — Рози побледнела. — Он же умер.

— Совершенно верно.

— Мама много рассказывала о нем. То ли погиб в автокатастрофе, то ли какая-то болезнь типа рака. По-любому Кейс плохо кончил. Но, кажется, он учился не на мамином курсе.

До меня вдруг дошло, насколько беспечно мы отнеслись к этому проекту — прежде всего из-за возникших недоразумений, которые привели к перерыву в работе. Если бы мы с самого начала тщательно проработали списки выпускников, то не пропустили бы столько очевидного.

— Тебе еще что-нибудь известно о нем?

— Нет. Мама действительно очень расстроилась из-за его смерти. Блин. Теперь все встает на свои места, верно? Понятно, почему она мне ничего не говорила.

Мне, к слову, было совершенно непонятно.

— Кейс приехал из провинции, — сказала Рози. — Кажется, у его отца была врачебная практика где-то в захолустье.

Интернет подтверждает: Джеффри Кейс был родом из Мори, Новый Южный Уэльс, — но это вряд ли объясняло, почему мать Рози скрывала его отцовство. Примечателен он был еще и тем, что рано умер. Возможно, Рози имела в виду именно это: мать просто не хотела говорить дочери, что ее отца нет в живых. Но уж Филу-то она могла сказать об этом — чтобы тот передал потом Рози, когда девочка подрастет и сможет понять.

Пока мы беседовали, в клуб зашел Джин. С Бьянкой! Они помахали нам в знак приветствия и поднялись в приватный обеденный зал. Невероятно.

— Красава, — протянула Рози.

— Джин исследует сексуальное влечение к представительницам разных стран.

— Знаю. Просто как-то жалко его жену.

Я объяснил Рози, что у Джина с Клодией свободный брак.

— А, ну тогда все в порядке, — сказала Рози. — И ты хочешь предложить такую же штуку победительнице проекта «Жена»?

— Конечно, — ответил я.

— Конечно, — повторила Рози.

— Если она сама этого захочет, — добавил я, на случай, если Рози неправильно меня поняла.

— То есть ты думаешь, она захочет?

— Если я найду свою женщину, что представляется крайне маловероятным, мне не захочется вступать в сексуальные отношения с кем-то еще. Но я не очень хорошо разбираюсь в желаниях других людей.

— Может, ты мне расскажешь что-то, чего я не знаю? — спросила Рози.

Я не совсем понял, зачем ей это понадобилось. Но быстро выхватил из памяти интересный научный факт:

— Э-э-э… Известно, что у трутней и осиных пауков гениталии отламываются и взрываются во время оргазма.

Какой позор! Первое из того, что пришло на ум, опять-таки было связано с сексом. Как будущий психолог, Рози могла придать моим словам какую-нибудь фрейдистскую интерпретацию. Но она посмотрела на меня и лишь покачала головой. Потом она рассмеялась:

— Я не могу себе позволить поездку в Нью-Йорк. Но одного тебя туда тоже нельзя отпускать.

В справочнике был указан телефон абонента М. Кейс из Мори. Женщина, ответившая мне, сообщила, что доктор Кейс-старший, которого тоже звали Джеффри, скончался несколько лет назад. А его вдова Маргарет, страдающая болезнью Альцгеймера, вот уже два года проживает в местном доме престарелых. Это были хорошие новости. Лучше, когда жива мать, а не отец, — с биологической матерью сложнее ошибиться.

Я мог бы пригласить Рози поехать со мной, но она уже согласилась на Нью-Йорк, и мне не хотелось ставить под угрозу эту поездку очередным ляпом, который я мог допустить. По опыту общения с Дафной я знал, что получить образец ДНК у больного Альцгеймером не составит труда. Я взял машину напрокат, собрал все необходимое для взятия пробы — тампоны, скребок, пакетики с застежкой и пинцет. Захватил я и свою визитную карточку с тех времен, когда еще не был профессором. В медицинских лечебных учреждениях доктор Дон Тиллман вызывает большее доверие и уважение.