— Я купил ей шкатулку для бижутерии. Она вечно выпрашивала такую у матери. Когда я встал на ноги после реабилитации, то подумал, что Рози уже и забыла про Диснейленд.

— Никогда не угадаешь, как твой поступок скажется на другом человеке.

— На том и аминь, — сказал Фил. — Слушай, может, мы уже встанем?

Нос еще кровоточил — возможно, он был сломан. Поэтому я счел его просьбу разумной. Но Фила я не отпустил:

— Мы не двинемся с места, пока не решим проблему.

День вышел очень насыщенный, но самое главное было впереди. Я придирчиво оглядел себя в зеркале. Новые очки в светлой оправе и модная стрижка изменили мой облик в гораздо большей степени, чем одежда.

Я положил важный конверт в карман пиджака, а маленькую коробочку — в карман брюк. Вызывая такси, я бросил взгляд на доску. Расписание, нанесенное стираемым маркером, походило на море красных каракулей — это был код проекта «Рози». Я сказал себе, что мои перемены стоили затраченных усилий — даже если сегодня вечером мне и не удастся достичь цели.

Прибыло такси. По дороге к Рози мы остановились у цветочного магазина. Я не был здесь — да и вообще не покупал цветов — с тех пор, как перестал навещать Дафну. Дафны — для Дафны; но для сегодняшнего вечера логичным выбором были розы. Продавщица узнала меня, и я рассказал ей о смерти Дафны. Купил десяток красных роз на длинных стеблях — в лучших традициях романтиков, — а она отщипнула цветочек дафны и вставила его в петличку моего пиджака. Запах навеял воспоминания о Дафне. Жаль, что она не могла познакомиться с Рози.

Я позвонил Рози, когда такси подъезжало к ее дому, но она не ответила. Не было ее и у подъезда, а на кнопках домофона я не обнаружил именных табличек. Неужели она решила не принимать мое приглашение?

Было холодно, и я продрог. Выждал целых десять минут, потом позвонил снова. Рози не сняла трубку. Я уже собирался уехать на том же такси, когда она выбежала из дома. Уместно напомнить себе о том, что это я изменился, а не Рози, — и стоило догадаться, что она, как всегда, опаздывает. На ней было то самое черное платье, которое так поразило меня в день нашего первого свидания. Я вручил ей розы. Выражение ее лица я расценил как удивление.

Она пристально смотрела на меня.

— Ты выглядишь как-то иначе… совсем другой… правда, — сказала она. — Что случилось?

— Я решил исправиться. — Мне понравилось, как это прозвучало. Мы сели в такси — Рози с розами — и доехали до ресторана в полном молчании. Я хотел получить сведения о ее отношении ко мне, поэтому ждал, что она заговорит первая. Она так ничего и не сказала, пока не заметила, что такси остановилось возле ресторана «Гаврош» — где когда-то произошел Инцидент с Пиджаком.

— Дон, это что, шутка?

Я расплатился с таксистом, выскочил из машины и открыл перед Рози дверцу. Она вышла, но не решалась сделать следующий шаг — так и стояла, обеими руками прижимая к груди розы. Я приобнял ее сзади и подтолкнул к двери, где на страже стоял мэтр в униформе, известный по нашему прошлому визиту. Тот самый Главпиджак.

Он тотчас узнал Рози и подкрепил это приветствием:

— Рози!

Потом перевел взгляд на меня:

— Сэр?

— Добрый вечер. — Я взял у Рози букет и передал его мэтру. — У нас заказан столик на имя Тиллмана. Вы не будете так добры позаботиться о цветах?

Стандартная просьба, но в ней сквозила уверенность. Кажется, теперь, когда мы вели себя в рамках общепринятых норм, всем было очень удобно. Мэтр проверил лист бронирования. Я воспользовался возможностью устранить последние разногласия и выдал заготовленную шутку:

— Прошу простить за недоразумение в прошлый раз. Надеюсь, сегодня все пройдет гладко — если, конечно, у вас не переморозят белое бургундское. — Я улыбнулся.

Появился официант, мэтр представил меня, попутно отпустив комплимент по поводу моего пиджака, и нас провели в обеденный зал к нашему столику. Все прошло без сучка без задоринки.

Я заказал бутылку шабли. Рози постепенно привыкала. Подошел сомелье с вином. Он огляделся по сторонам, словно искал поддержки. Я определил в нем нервозность.

— Температура вина тринадцать градусов, сэр, но если вы желаете еще охладить… или наоборот…

— То, что надо, благодарю.

Он налил мне глоток на пробу. Я покрутил бокал, вдохнул аромат и одобрительно кивнул согласно протоколу. Тем временем вновь появился официант, который провожал нас за стол. На вид ему было лет сорок, ИМТ примерно двадцать два, довольно высокий.

— Профессор Тиллман? — обратился он ко мне. — Меня зовут Ник, и я старший официант. Если у вас будут какие-то пожелания или возникнут проблемы, просто спросите меня.

— Очень любезно с вашей стороны, Ник.

Знакомство с официантами больше соответствовало американским традициям. Или «Гаврош» умышленно следовал такой политике, чтобы выделиться из числа других, или нас обслуживали как почетных гостей. Более вероятным мне представлялось последнее: наверное, я у них проходил как опасный клиент. Что ж, тем лучше. Сегодня вечером мне пригодится любая поддержка.