На лице Эвелины даже тени довольства не мелькнуло. Может, всё-таки принимает препарат? Вот ведь и Любим готов разоблачать да карать любого, даже собственного брата! Джулиан почти признал себя побеждённым — не сумел отличить робота от неробота, как она… нет, она ничем не скомпрометировала себя, а всё-таки перестаралась. Совсем немного, чуть-чуть, но перестаралась. Слишком вытаращилась и снова стала задавать вопросы, когда это уже совсем было не нужно: а как он лично относится к деятельности Будимирова, каким видит их светлое будущее? И слишком нарочито отвернулась от хлеба, который он предложил ей.

Похоже, разгадал врага. Первого в жизни. Но можно ли считать это победой? Победила-то в их игре она. Наверх прорвётся сама, без его помощи, ни перед чем не остановится, никого не пощадит. И в её руках, похоже, люди, свободные от препарата!

Не признался бы никому, но весь день ждал именно её. Но после длительного и опасного общения с Кропус сил не осталось. И он лишь смотрел на девушку, не зная, с чего начать разговор. Молчать дольше было неудобно. Положил перед ней свою книжку.

Взяла её недоумевая, но, прочитав первые строки, взглянула на него! И, как в цехе, он забыл обо всём.

— Хотите спросить, кто я? Вижу прошлое мира. Наша страна — самая несчастная из всех.

— Что значит «вижу»? — пробормотал он. — Память такая — текст учебника воспроизведёшь от слова до слова? Или воображение такое: события себе представляешь?

Она улыбнулась.

— С графами расстреляли интеллигенцию, погубили культуру. Да, попадались и жестокие. Но большинство графов давали клятву заботиться о своих подданных, как о своих детях, а какой отец захочет, чтобы дети голодали, росли невежественными или безбожниками?! Сегодня же не любовь движущая сила в обществе, убийство.

При чём тут графы? Спросил о том, что волновало его:

— И долго это будет продолжаться?

— Существует закон…

— …по которому общество совершенствуется, и наступит время, когда не будет убийств?

— Нет, это невозможно.

— Были же страны, которые не воевали сотни лет и никого не казнили?! — сопротивляется он власти её взгляда над собой.

— Внутри общества всегда есть убийства и очаги раздора.

— А если создать хорошие условия для всех?

— Жадному всегда будет мало того, что у него есть. Склочному нужна склока, он ею подпитывается. Завистливый всегда найдёт чему завидовать. Зависть — одна из главных причин драк и войн. Люди могут посочувствовать человеку в несчастье, но редко кто принимает чужой успех! И ты… разве ты не завидовал своему брату, его особому положению среди людей, его чудо-рукам? А ведь любил его!

Растерянно кивнул: знает он это ноющее, пиявкой впивающееся в нутро чувство зависти! И тут же разозлился. Он — голый перед ней! Да, завидовал брату, но при чём тут войны и власть? Никогда бы не причинил он брату боли!

— Из твоих слов получается: вовсе не высокие материи, не великие идеи движут историей, а тщеславие, зависть! Это ложь. Я хочу бороться с Будимировым потому, что мне жалко людей! Ты говоришь, убийство неистребимо? Это не так! В нашем селе разные люди, но никому не придёт в голову желать войны. Работают и работают по извечной привычке трудиться. От безделья, скуки возникает жажда убивать.

— Что в бутылку полез? — усмехнулась она. — Ты говоришь то же, что я. В жестокие игры труженики не играют. Закрою глаза, вижу картины, скульптуры. И в голодные годы графы не продавали их иностранцам. Думаю, произведения искусства, любовь, труд помогали людям переживать все напасти…

У неё в голове каша! А почему в его доме звучали имена художников? Артисты тоже хранили культуру? — подумал невольно. — Почему умерли все родственники отца и матери? — новый вопрос. Чертовщина какая-то. Нужно было в город приехать, познакомиться с этой странной девушкой, чтобы задуматься о вещах, о которых никогда не задумывался! Это у него в голове каша! Похоже, он тронулся ненароком! Конкордия предлагает себя ему в утешение; Саломея душит шпиона; эта видит события прошлого и других стран! А ему ни с того ни с сего тайны мерещатся, и он никак не может связать воедино зависть, войны и произведения искусства.

— …И вдруг оказывается: это история. Своим размеренным бытом люди включены в процессы, совершающиеся в обществе, но часто даже не знают, что их дела, их чувства — история.

— Хватит!

— Чего ты взорвался? Со временем на все свои вопросы получишь ответы. Имеющий психологию раба обязательно захочет властвовать. Любой Властитель — потенциальный раб. Горе народам, состоящим из рабов и властителей. Да, человек не просто ест и пьёт…

Ну а это всё при чём?

Печален голос девушки, печальны глаза. Хочет возразить ей: Будимиров не раб, погибнет, а рабом не станет, несмотря на его робость перед Магой. Это не рабство, это то, что он сам чувствует сейчас: осторожность по отношению к этой девушке, невозможность сказать ей — она всё смешала в кучу, она не права!