— Что плохо?

— То, что я ночью ушла одна гулять.

— Это нормально. Для тебя это нормально.

— Спасибо. — Она обвила мне шею.

— За что?

— Просто спасибо и все.

У нее были очень нежные губы, я целовал ее очень осторожно, будто бы прикасался к цветку, а не к человеку. Дриада, нимфа… Дитя богов.

— И что тебе сказал врач? — спросил ее, с трудом заставив себя оторваться от ее губ.

— Он спросил, что мне снится.

— И что тебе снится?

— Все время один и тот же сон. Ночь. Луна ярко светит, и я по лесу бегу от кого-то и никак оторваться не могу. И это люди, много людей, и они хотят не просто меня изнасиловать, они убить меня хотят. Сжечь! Сжечь на костре! — На мгновение мне показалось, что ее глаза засверкали.

— И они тебя схватили?

— Нет. Я дерево нашла. Какое-то особенное дерево. Я все пытаюсь вспомнить, какое именно: липа, или сосна, или осина. Не могу пока вспомнить. Я подбегаю к дереву, обнимаю его и сливаюсь с ним. И эти люди пробегают мимо. Они что-то кричат, ругаются, но они не видят меня. Я чувствую, что я стала с деревом одним целым, чувствую, как медленно растут ветки, как листья качаются на ветру.

— И что тебе на это врач сказал?

— Ничего. Он просто сказал то же, что и ты, что это для меня нормально. А еще он предупредил, что это надолго. Может быть, навсегда, и что я привыкну. Со временем привыкну.

— А родителям твоим что он сказал?

— Не знаю, они долго говорили. Еще у этого врача глаза были такие, как у тебя. И еще у одного парня, я с ним тоже по сети познакомилась и переспала потом. И у девушки одной, я в метро ее видела. Она книжку читала, такую старую и очень толстую. Я вот книжки не люблю. Я мультики люблю японские, они очень красивые.

— Этот врач до сих пор работает? — спросил я, лелея надежду получить координаты психиатра, который был одним из нас. У меня половина знакомых нуждалась в таком человеке.

— Нет. Он в Бельгию уехал, по контракту работать.

— Так и знал. — Я печально вздохнул. — А ты не боишься вот так по сети знакомиться, тебе не страшно, что твой сон наяву повторится?

— Нет, уже не страшно. После того как меня изнасиловали однажды, мне не страшно уже.

— Тебя изнасиловали?!

— Да. — Она пожала плечами и улыбнулась. — Не убили же, просто изнасиловали.

— Как это было?

— А я вот так познакомилась с парнем по сети, а потом он меня домой позвал. А там еще двое были и пьяные уже. Знаешь, я даже не сопротивлялась.

— Тебе потом, наверное, очень плохо было?

— Нет, я же говорю, я не сопротивлялась. А вот им плохо было. Когда я уже уходить собиралась. Один начал меня пугать, чтобы я никому не говорила. И вдруг я на него посмотрела, он за голову схватился, побежал на кухню, схватил нож и хотел себе в живот воткнуть. Его другой парень еле удержал. А третий сел в угол и плакать начал. Что с ними? Им стыдно стало? Да?

— Можно и так сказать. — Я улыбнулся. — И что, эта история ничему тебя не научила?

— Научила. Я стала сначала говорить долго по аське, прежде чем встречаться. Если парень ведется на круглую попку и сиськи большие, то мне неинтересно, а если он начинает, как ты, говорить оживающими картинками, тогда я думаю, что с ним стоит встретиться и, может быть, переспать.

— Ну а парня постоянного ты не хочешь завести? — спросил я.

— Ты хочешь быть моим парнем? — спросила она, глядя мне прямо в глаза.

— Нет, — ответил я и отвел взгляд.

— Вот и никто не хочет. Манекены хотят, ну, те, что просто как люди, а на самом деле неживые, просто едят, ходят, спят. Они хотят. Они просто трахаться со мной хотят постоянно. Одни такой был. Очень взрослый, на машине. Цветы мне дарил, а потом он просто однажды не приехал. Забыл, наверное, про меня или другую нашел.

— Может быть, он тоже за нож взялся или удавился? — усмехнулся я.

— Не знаю. — Она беспечно пожала плечами. — Нам скоро выходить?

— Через две остановки.

Она прижалась ко мне и уткнулась носом мне в свитер. Мне почему-то очень сильно захотелось плакать, но я быстро подавил в себе это чувство. Странная девочка, ничего не скажешь. А ты что, хотел с нормальной по сети познакомиться?

Мы шли ко мне домой от метро Домодедовская. Ира молчала и с любопытством смотрела по сторонам.

— Ты никогда не была в этом районе?

— Никогда. Здесь неплохо. Деревьев очень много. Вот в Марьино я была, там совсем плохо. Деревца все маленькие и чахлые.