—Какого дьявола? Судьи ослепли? Наш защитник на двух ногах стоял, еще и третью прикажете ставить? Какого черта тот налетел? Фо-ол!

Когда Роз снова села, пыхтя от возмущения, Митч почесал подбородок.

—Ладно... Или я потрясающий учитель, или вы разбираетесь в баскетболе.

—Митч, у меня три сына. Я разбираюсь в баскетболе, футболе, бейсболе и одно время знала буквально все о профессиональном армрестлинге. Мальчики эти увлечения почти переросли, — Роз оторвала взгляд от площадки, улыбнулась Митчеллу. — Вы с таким энтузиазмом просвещали неопытную дамочку, что мне не хотелось вас прерывать.

—Спасибо. Хотите начос [14] ?

—Не откажусь.

Роз давно так хорошо не проводила время. Она развеселилась, когда в перерыве Джош нашел глазами в толпе отца и ухмыльнулся ему. И еще больше развеселилась, когда парень перевел взгляд на нее, затем снова на отца и одобрительно поднял два больших пальца.

А когда игра закончилась победой «Мемфисских тигров», обыгравших «Оле Мисс ребелз» на три очка, Роз решила, что отличное времяпрепровождение почти оправдало гибель кашемирового джемпера.

—Митч, не хотите подождать сына и поздравить его?

—Не сегодня. Хорошо, если он выйдет из раздевалки через час, да еще будет продираться сквозь толпу фанаток. Но как-нибудь в другой раз я хотел бы вас познакомить.

—Буду рада. Наблюдать за ним на площадке сплошное удовольствие. Он не просто техничен и обладает собственным стилем, ваш сын так и пышет энергией. Сразу видно, что он любит баскетбол.

—С младенчества, — Митч обнял Роз за талию, помогая лавировать в покидающей трибуны толпе.

—Вам будет грустно, когда он уедет в Бостон.

—Он всегда об этом мечтал. Меня так и тянет переехать вместе с ним, но рано или поздно птенцов приходится отпускать.

—Я думала, что умру, когда уехали мои младшие. Кажется, что еще вчера им было пять лет.

Когда они шли через стоянку к машине, предлог для объятий исчез, и Митч взял Роз за руку.

—Не хотите перекусить и восстановить силы?

—Не сегодня. Мне завтра очень рано вставать, но спасибо за предложение.

—А как насчет завтрашнего обеда?

Роз покосилась на Митчелла.

—Для того чтобы вытащить меня из дома два вечера подряд, требуется упряжка норовистых лошадей. Завтра вечером у меня собрание садового клуба, которое я не могу пропустить по личным причинам.

—Тогда послезавтра.

—Похоже на военную кампанию.

—Да. И как у меня получается?

—Неплохо.

«Очень даже неплохо», — мысленно добавила Роз.

—У меня встречное предложение. Послезавтра мы пообедаем у меня, но предупреждаю, готовить буду сама. У Дэвида выходной.

—Вы еще и готовите?

—Естественно, готовлю. Между прочим, я очень хорошая повариха, но, когда Дэвид дома, меня к плите не подпускают.

—В котором часу?

Роз рассмеялась.

—Ну, скажем, в семь.

—Обязательно приеду.

Они подошли к машине Митча. У пассажирской дверцы он развернул Роз, обнял, притянул к себе. И, прижавшись губами к ее губам, долго целовал.

Вцепившись в его плечи, Роз наслаждалась забытыми ощущениями: теплом мужского тела, требовательностью, кипящей в, казалось бы, ленивом поцелуе... Митч отстранился, не сводя с нее глаз, открыл дверцу.

—Если бы я дотянул до дома, то вы бы этого ожидали, и я не смог бы застать вас врасплох. Думаю, вас нелегко удивить.

—Вы преуспели, и не один раз.

Усадив Роз в машину, Митч захлопнул дверцу и дал себе слово, что этим его сюрпризы не ограничатся.

Харпер мог целыми днями не вылезать из теплицы. Ему никогда не было там скучно или одиноко. Растения, с которыми он работал, бесконечно его завораживали и наполняли жизнь смыслом. Создавал ли он новый сорт или экспериментировал с гибридами, Харпер делал то, что любил.

И на свежем воздухе он любил работать, прививал и размножал то, что растили на специально выделенном участке. Он уже наметил деревья, которые привьет сегодня. Кроме того, часть недели уйдет на сбор черенков и обрезку саженцев, привитых в прошлом году.

Мама не вмешивалась, оставляя ему возможность самому принимать решения, что делать, как и когда.

Он высоко ценил ее доверие, готовность отступить и позволить ему управлять этой частью бизнеса.

Но опять же, именно мама не только научила его основам садоводства — она привила любовь ко всему, что росло из земли.