Шрифт:
– Верю вам на слово. Вы только доставьте вовремя «Глаз».
– Монк сейчас как раз занимается этим…
На заднем плане прозвучал истошный вопль Дункана: «И это твой план?!»
Послышался шум, недовольные крики: «В чем дело?»
На этот вопрос ответила Джада, взволнованно, но с нескрываемым облегчением:
– Мы направляемся к вам.
Связь оборвалась.
Грею оставалось только полагаться на то, что Монк знает, что делает.
Затем Грей позвонил Сейхан. Ожидание оказалось более долгим, чем он ожидал, но наконец соединение было установлено.
– Вы где? – сердито спросила Сейхан.
Не имея времени анализировать ее ответ, Грей просто объяснил ей, где они находятся, закончив словами: «Быстро приезжай сюда!»
Сейхан резко разорвала соединение, даже не потрудившись подтвердить, что поняла коммандера.
Покачав головой, Пирс отправился пешком назад в пещеру.
Оставалось верить, что Сейхан сделает все как надо.
Глава 29
20 ноября, 09 часов 06 минут
по иркутскому поясному времени
Остров Ольхон, Россия
Сейхан не знала, что ей делать.
Хван Пак склонился к самому ее лицу. Она почувствовала исходящий от него запах сигарет, которые он непрерывно курил с тех самых пор, как оказался здесь.
– Говори, что он сказал? Где они?
Хван Пак продолжал сжимать в руке ее телефон. У него за спиной стоял с каменным лицом командир северокорейского спецназа – которого, как выяснила Сейхан, звали Рыон, – приставив пистолет к груди Рейчел. Хван Пак заставил Сейхан спросить у Грея, где тот находится, после чего резко разорвал соединение, прежде чем она смогла хоть как-то предупредить об опасности.
Оба корейца теряли терпение.
Хван Пак принялся расхаживать по залу, нервно пыхтя сигаретой. Чжулон держался в стороне у огня. Судя по его лицу, происходящее никак не радовало Дельгаду. Сейхан предположила, что он здесь по принуждению. Этого человека интересовали деньги и положение в Макао. Чжулон не мог извлечь никакой выгоды из того, что происходило сейчас.
Впрочем, эти чувства едва ли толкнут его прийти на помощь пленницам.
Рейчел сидела напротив, привязанная к стулу. Люди Рыона лишили обеих женщин возможности пошевелиться. В данной ситуации освободиться самостоятельно Рейчел и Сейхан могли только с помощью чуда. Ни припрятанного ножа, ни сил сломать стул, ни ловкости сбросить с себя путы.
Сейхан вынуждена была признать безысходность ситуации. Они с Рейчел находились всецело во власти Хван Пака – человека, не имеющего понятия о том, что такое чувство жалости.
Сознавая это, Сейхан уже сообщила своим мучителям, что Грей отправился на мыс Бурхан. В противном случае те расстреляли бы Рейчел. Сейхан в этом нисколько не сомневалась. Достаточно было взглянуть на ноги хозяина гостиницы, с одним свалившимся тапком, торчащие из-за двери кухни, где он лежал, распростертый в луже крови.
Поэтому Сейхан рассказала о встрече с шаманом на рассвете в пещере на берегу. Она стремилась потянуть время, дождаться прибытия Монка, что должно было в корне изменить положение дел.
После первого признания Сейхан Рыон отправил несколько человек на мыс Бурхан. Те возвратились через полчаса и доложили, что Сейхан сказала правду. Однако когда они собрались допросить старика-шамана, тот просто вышел из пещеры и бросился с обрыва на острые камни внизу, так и не открыв, куда Грей отправился дальше.
Корейцы вынуждены были признать, что Сейхан это также не известно, – и все-таки они не теряли время даром, подвергнув обеих женщин пыткам, свидетельством чего были ожоги от сигарет на руках у Сейхан и Рейчел.
И вот поступил этот чертов вызов.
Хван Пак воспользовался им, чтобы добыть свежую информацию.
– Не говори ничего! – воскликнула Рейчел, не обращая внимания на рассеченную губу. – Ты же знаешь, что поставлено на карту!
Раздраженный тактикой затягивания времени, выбранной Сейхан, Хван Пак нетерпеливо загасил сигарету. Приблизившись к женщинам, он злорадно потер руки.
У Сейхан внутри все оборвалось.
– Давайте займемся чем-нибудь интересным! – сказал Хван Пак.
Разжав руку, он показал серебряную монету с изображением улыбающегося лица диктатора Ким Чен Ира.
– Ты знаешь, я люблю азартные игры, – продолжал северокорейский ученый. – Итак, делаем ставки. Орел – мы расстреляем твою подругу. Решка – она останется в живых.
Сейхан застыла от этой бессмысленной жестокости.
– Я буду бросать монету до тех пор, пока ты мне не скажешь, – добавил Хван Пак. – Первый же выпавший орел – и твоя подруга умрет.