Бросив взгляд на Каспийское море, Рейчел снова повернулась к дяде.

– Неужели ты думаешь, что этот череп принадлежит…

– Именно это я и попросил проверить доктора Конти.

– Но как он сможет это сделать?

– Несколько лет назад в одном обстоятельном генетическом исследовании было показано, что один человек из двухсот обладает определенной уникальной Y-хромосомой, хромосомой с набором четких маркеров, корни которых ведут к монголам. В регионах, когда-то входивших в состав Монгольской империи, это соотношение возрастает до одного из ста. В исследовании делался вывод, что эта сверх-Y-хромосома ведет свою родословную от одного-единственного человека, который жил около тысячи лет назад в Монголии.

– Чингисхана?

Вигор кивнул.

– Кого же еще? У Чингисхана и его родственников по мужской линии было множество жен; еще больше потомства они наплодили, насилуя женщин покоренных народов. А нужно помнить, что монголы покорили половину тогдашнего мира.

– И распространили свое генетическое клеймо.

– Клеймо, которое мы можем сейчас проверить. Эти маркеры Y-хромосомы хорошо известны генетикам, их можно легко установить и узнать, имеются ли они в нашем образце.

– Именно этим и занимается сейчас доктор Конти?

– Он сказал, что сможет дать ответ практически немедленно, поскольку составление структуры ДНК нашего образца уже завершено.

– Но если вы правы и маркеры действительно присутствуют, что это нам даст? Как вы сами сказали, эта Y-хромосома есть у многих.

– Да, но Чингисхан умер в 1227 году.

– В тринадцатом веке… – Молодая женщина сдвинула брови. – К этой же эпохе относится и череп.

Вигор вопросительно поднял бровь.

– Многие ли обладали этой специфической хромосомой тогда?

И все же Рейчел продолжала сомневаться.

Монсеньор Верона настаивал.

– После смерти Чингисхана его преемники безжалостно расправились с теми, кто принимал участие в погребальной церемонии. Строители гробницы также были перебиты все до одного. Как и воины, наблюдавшие за ее возведением. И, похоже, подобные кровавые меры помогли сохранить все в строжайшей тайне. Несмотря на то, что поиски продолжаются вот уже какое столетие, местонахождение гробницы остается неизвестным и по сей день. А по слухам, в этой гробнице хранятся сокровища, награбленные в покоренных странах.

– Ради такого открытия можно пойти и на убийство, – заметила Рейчел, прозрачно намекая на выстрел из гранатомета.

– Мы говорим о сокровищах, по сравнению с которым померкнет гробница Тутанхамона. Все богатства мира стекались в Монголию, и больше их уже никто никогда не видел: военная добыча из Китая, Индии, Персии, Руси. По слухам, в гробнице императора хранились короны правителей семидесяти восьми стран, покоренных монголами. Не говоря про бесценные религиозные реликвии из бесчисленных разоренных храмов, в первую очередь Русской православной церкви.

– И ничего из этого так и не было найдено?

– Для нас гораздо важнее, что так и не было найдено тело Чингисхана.

Прежде чем Рейчел успела ответить, у ее дяди зазвонил сотовый телефон. Схватив аппарат, тот обнаружил, что на линии доктор Конти.

– Монсеньор Верона, я сделал все, как вы просили. Мы сравнили двадцать пять генетических маркеров, образующих гаплотип Чингисхана, с предоставленным вами образцом.

– И сколько совпадений?

– Все двадцать пять.

Кровь отхлынула от лица прелата. Он опустил взгляд на чемодан на колесиках, стоящий у его ног, сознавая, что в нем находится. Теперь Вигор понимал, почему кто-то был готов пойти на убийство ради того, чтобы завладеть его содержимым; понимал, что в чемодане может скрываться ключ к величайшим сокровищам мира. Возможно, здесь лежали череп и кожа самого знаменитого завоевателя, человека, которого его народ почитал как полубога.

Возможно, это были останки Чингисхана.

14 часов 10 минут

– Вы были правы, – сказал Дункан. – Наши итальянские друзья подцепили «хвост».

Они с Монком Коккалисом стояли на берегу у ларька, торгующего шашлыком. Холодный солнечный свет отражался от водной глади моря. Погода стояла холодная, но от горящих углей, над которыми готовились куски мяса, нанизанные на шампуры вместе с овощами и салом, исходило такое тепло, что даже в легкой куртке Дункану было жарко. От раскаленной жаровни также исходил запах восточных специй, с каждым порывом дующего с моря ветерка обжигающий глаза.