– А дом чей?
– спросила Эйта, снова оглядываясь.

– Хозяйку нашу Дарилой кличут, она старая уже, одинокая, ну я и напросился пожить. Я ей сказал что ты сестра моя, приболела, вот нам и надо остановиться где то. И к слову о хозяйке, - Улеб вздохнул.
– Ты лежи, поправляйся, а мне надо уйти, денег раздобыть.

– Есть у меня деньги, - остановила его Эйта.
– Лошадь моя тут или ты бросил ее?

– Как же я ее брошу? Там же вещи твои. Тут во дворе пасется. Только я расседлать ее боюсь, сумки-то ты заговорила.

– Точно, - кивнула девушка.
– Помоги мне на улицу выйти, я на солнышко хочу.

– Мне кажется, тебе рано еще вставать, - несколько нерешительно запротестовал оборотень.

– С сумок заклятие сниму, - слабо улыбнулась Эйта, - Но солнце мне все равно нужно, силы оно дает.

– Тогда да, тогда давай я тебя сам отнесу. И деньги я потом тебе все верну, - смущаясь добавил он.

– С чего б это?
– удивилась Эйта, обхватывая шею Улеба.
– Не думай ты о деньгах, у меня их достаточно.

– Денег много никогда не бывает, - поучительно сказал оборотень, вынося девушку во двор.
– Тут скромно все, - он снова смутился.
– Но это единственный двор где собак не было.

– Хорошо что не было, - согласилась Эйта. Она расколдовала свои сумки и достала оттуда кошелек с монетами.
– Вот возьми.

– Хозяйке я пол золотого за месяц пообещал, но часть уже отдал, у меня было немного.

– Значит отдай остальное, а это пусть все равно у тебя будет, мало ли на что еще деньги понадобятся, - Эйта расположилась на старательно расстеленном для нее на земле одеяле. Улеб присел рядом.

– Я хозяйке сказал что ты мне сестра, что зовут тебя Умила. Настоящего имени решил не называть, а ну как тот колдун все еще тебя ищет.

– Умила, - кивнула Эйта.
– Красивое имя.

– Мою настоящую сестренку так зовут, - улыбнулся оборотень.
– Что до колдуна, то тут рядом стройка большая идет, там несколько колдунов крутится, но все молодые.

– А что за стройка?

– Деревня тут в паре верст есть, она заброшенной стояла много лет, ее люди проклятой называют.

– Поляновка?

– Ты знаешь?
– удивился оборотень.

– Я родом оттуда, - пояснила Эйта.
– Значит, заселить ее решили?

– Да, хозяйка наша сказывала, что село это никто много лет не беспокоил, опасно это было, а прошлым летом вдруг приехал князь с дюжиной колдунов, порядок наводить. Сказывала еще, что колдуны дюже ругались, потому как работы для них не оказалось, а платить за просто так князь не стал. В общем, строить еще в прошлом году начали, в этом продолжают. Я бы там поработал, но колдуны..., - Улеб вздохнул.

– К колдунам не суйся, убьют и разговаривать не станут, - поддержала его Эйта.

– А ты чего усмехаешься?
– поинтересовался оборотень.

– Да так, - Эйта вздохнула.
– А ведь я просила Ярослава деревню эту не трогать, - она задумалась.
– Дюжин у колдунов набрали, где нашли только?

– А куда все призраки делись из Поляновке той?
– осторожно спросил Улеб.
– Забегал я раз туда, еле ноги потом унес, призраков там было несчесть.

– Призраки те к отцу Небу ушли, как им и полагается, - ответила Эйта.
– Хотя Ярослав и утверждал что невозможно это после стольких лет.

– А от чего умерли люди?
– спросил Улеб и пояснил.
– Дарила мне кое-что порассказала.

– Кентавры их всех убили, - Эйта снова помрачнела.
– Надо мне колдуна найти, чтобы выяснить за что поляновцев всех вырезали.

– Так кентавры или колдун?
– не понял мужчина.

– Рассказали мне что у кентавров в то время колдун гостил заезжий и, похоже очень, что без него резня эта не обошлась, - Эйта рассказала Улебу все что узнала у Быстрогородских кентавров.

– Матушка Земля, - покачал головой оборотень.
– Это ж кем надо быть чтобы сотворить такое? И как же жить потом с ношей такой на душе?

– Неплохо, видимо жить, - брови Эйты непроизвольно сошлись к переносице.
– Колдуна того Третьяком называли, Третьяком же зовут колдуна что у князя Стриги служит.

– Думаешь это он?
– удивился Улеб.
– Мало ли на свете Третьяков.

– Колдун Третьяк у князя Еремея гостил, - продолжила Эйта.
– Как раз в то время когда уехала я.