– Пивр, - Титавр никак не мог решиться начать, но потом ударил кулаком по столу и заговорил.
– Если мне придется уйти на некоторое время, ты за Лавиавром и Татиавром сможешь присмотреть?

– Смогу, - кивнул кентавр и посмотрел на жену, но, не спрашивая ее разрешения, а ища подтверждения своим словам. Женщина вздохнула и кивнула.
– А ты уверен, что она позволит тебе с ней идти?
– спросил он.

Титавр улыбнулся, друг всегда понимал его с полуслова, вот и сейчас догадался что он задумал.

– Я спрашивать не буду, просто рядом пойду, - ответил кентавр.
– Не будет мне без нее жизни.

– Тогда надо идти, - согласился Пивр.
– А за малышей не волнуйся, что трое, что пятеро, не велика разница.

У Пивра было трое детей, мальчик, девочка и маленький кентавренок. Первые двое детей были ему не родными, жену он себе взял с детьми, а вот последний был его сыном, ну да у кентавров только мальчики-кентаврята и рождались, так боги распорядились.

– Вот и славно, - Титавр кивнул и обнял друга.
– Завтра утром поговорю с ними и приведу.

– Уже завтра?
– удивленно спросил Пивр.

– Ну может и не завтра, - пожал плечами Титавр.
– Но я завтра с Эйтой поговорить хочу. Спасибо тебе.

– Не за что, - Пивр вздохнул, глядя вслед уходящему другу.

– Он ведь не вернется, отговори его, - рядом с кентавром встала его жена.

– Ты же сама слышала, - Пивр снова вздохнул.
– Без нее ему жизнь не мила.

– Да что же это делается?
– женщина покачала головой и вернулась в дом.

– Жизнь это, - ответил кентавр, хотя ответа от него никто и не ждал.

Утром, Титавр долго разговаривал с сыновьями. Младший Татиавр плакал, не желая отпускать отца, старший Лавиавр сидел насупившись. Он бы тоже поплакать хотел, но не мог, он же мужчина, его в этом году обещали мальцом в дружину взять, а дружинник не плачут.

– Я вернусь, - обещал Титавр сыновьям.
– Потом рассказывать вам о том что в мире делается буду. А если повезет, - он понизил голос, - у нас с вами мама появится.

Мальчишки подняли головы, заинтересованно глядя на отца. Кентавр еще долго убеждал сыновей что не бросает их, пытался объяснить что такое любовь и почему он уехать из города должен. Через несколько часов им удалось договориться, и мальчики были отведены в дом Пивра, чтобы привыкали. Сам Титавр, насвистывая что-то, пошел к княжескому терему. Принятое решение делало его невероятно счастливым, а значит, решение верное было.

– О, явился, - первой кентавру встретилась Весняна.
– Опять к ведьме этой проклятой пришел?

– Весняна, - строго сказал Титавр.
– Ты бы слова выбирала. Этой ведьме ты всем что имеешь обязана, кабы не она, где б вы сейчас со Ставром мыкались? Вот и не смей ее имя марать, - он обошел девушку и посмотрел на окно, где светелка Эйты была.

– А нет ее там, - злорадно сказала Весняна.

– Гулять ушла?
– спросил Титавр.
– Куда не знаешь?

– Куда не знаю и знать не хочу, - фыркнула княжна.
– Только не гулять она ушла, она, слава богам, вообще из Быстрограда убралась.

– То есть как?
– Титавра будто оглушили, сразу же померкли краски вокруг, и звуки доносились так, будто он себе подушку на голову надел.

– А вот так, - Весняна гордо вскинула голову и ушла со двора.

– Титавр, ты к князю?
– из терема вышел колдун Весел.

– Весел, что, правда, Эйта уехала?
– не своим голосом спросил кентавр.

– Правда, - кивнул тот.- Утром еще, едва рассвело. Она еще с вечера о намерении своем князю сказала, а сегодня уехала. Мы отговаривали, - добавил он.
– Ну да кто ей указ? Заладила одно, ехать, мол, ей надо. Куда, зачем, не сказывала, - колдун вздохнул.
– Карту только показать попросила, для себя что-то решила и утром в сторону леса уехала.

– Спасибо, Весел, - Титавр медленно повернулся и побрел с княжеского двора, а уже за воротами города, вдруг бросился скакать по дороге что есть мочи.

Кентавр скакал почти до заката, пугая всадников и коней с телегами, скакал до тех пор пока силы не начали оставлять его. Он добежал до какого-то озера и первым его желание было сигануть воду, плыть пока хватит сил, а потом..... Потом он вспомнил о детях, о том что дал им слово что вернется и что у них будет мама. Тиртавр зашел в воду, искупался и побежал обратно к Быстрограду. К городу он подошел около полуночи, ночная стража узнала его и открыла ворота. Кентавр направился к дому Божены. Девушка еще не спала.