У Олега исчезло брюхо, щёки втянулись:

— Позволяю, даже больше того, прошу.

Али приступил к пересказу легенд, которые ходили по всему халифату:

— Бисмилляи ир-рахман ир-рэхим!

Вознесем молитву к престолу Всевышнего и с молитвой я начну своё повествование.

Али пришел домой и рассказал матери, что Салах, командир молодцев [2] просит его привезти волшебный сундук из Заколдованного города. «И ты согласился на это?» — спросила Фатима.

— Кто такая Фатима? — воспросил Игорь.

Али улыбнулся улыбкой песчаной акулы:

— Фатима — это моя мать.

Олег тоже улыбнулся хищной улыбкой волка:

— Продолжай, джин воров халифата.

Али продолжил:

— Согласился. Тогда Фатима сказала: «Салах, непотребный сын ишака, потребовал от тебя этот сундук нарочно, чтобы погубить тебя и ввергнуть в пучину гибели. Ведь этот город отделяет от Египта сорокадневный путь, и любой, кто ездил за тем сундуком, погибал. Этот сундук — одно из чудес мира. Он сделан из четырёх драгоценных камней: алмаза, яхонта, изумруда и бирюзы. Сотворил его один из греческих мудрецов. Тот мудрец садился в сундук, и ему открывались все сокровища мира, все клады, острова, моря и реки, как будто они лежат перед ним. Опасаясь за свой сундук, он выстроил для него на острове близ города особое хранилище, закрытое куполом. Сделал фигуру из меди и установил её у городских ворот как стража, охраняющего город от тех, кто придёт туда, чтобы похитить сундук. Едва кто-нибудь войдет в ворота, страж испускает крик, и о появлении чужеземца узнают жители города, они выскакивают, хватают пришельца и убивают его».

Его прервал Асмунд:

— У нашего конунга есть корона — Пшент, она может ещё поболее.

Али ухмыльнулся:

— Это легенды, не было там никакого сундука.

Али пошёл к гробнице госпожи нашей Зайнаб, по вашему — Мора, и уснул. Вдруг он услышал неведомый голос, который говорил: «Отруби пальмовую ветвь длиной в два локтя, она поможет тебе разрушить талисманы и одолеть стражей волшебного города». Наутро Али отрубил пальмовую ветвь и вошёл к матери. Та заплакала и стала молить Аллаха помочь её сыну достигнуть желаемого. Али взял всё, что ему было необходимо для путешествия, и направился к заколдованному городу.

Игорь вздрогнул:

— Не в долину смерти фараонов?

— Да нет, это в верховьях Нила. Да и нет там ничего, это сказки про меня. Если позволите, я продолжу.

Что же касается Салаха, врага Каира и всех арабов, то он безмерно обрадовался, уверившись, что Али не вернётся из путешествия, так как он знал, какие ловушки и опасности подстерегают на том пути.

Али шёл несколько дней и очутился в бесплодной пустыне, где едва не погиб от жажды. Вдруг под высоким деревом он заметил колодец. Около колодца лежала верёвка, но ни ведра, ни другого сосуда не было. Тогда Али привязал к верёвке чалму и пояс и сказал себе: «Я опущу их в воду, они намокнут, а потом я выжму их и кое-как утолю жажду». Нагнувшись над колодцем, Али вдруг заметил в воде отражение двух человек и понял, что те сидят на дереве, которое над колодцем. А это были разбойники, которые, издалека завидев Али, нарочно спрятали ведро и залезли на дерево, чтобы, когда Али спустится в колодец, наброситься на него и убить.

У Мухаммада вздрогнуло левое веко.

— Позволь мне, о предводитель молодцев, задать тебе нескромный вопрос: мне рассказывали, что ты умеешь видеть даже затылком?

— Нет, — Али чуть-чуть повернул голову и посмотрел на Олега. — Это умеет только великолепный аль-Насар. Я продолжу, о эмиры моей души.

Все согласно кивнули.

— Увидев этих людей, Али взял противоядие от банджа (снотворное) и положил его себе в нос. Потом он достал фитиль, пропитанный нефтью, обмакнул его в одурманивающее снадобье и поджёг. Повалил дым, который окутал всё дерево, и те два разбойника, которые сидели на ветвях, потеряли сознание. Али поднялся к ним, связал, спустил на землю и положил под деревом. Потом он дал им противоядие, и они пришли в себя и увидели, что лежат связанные.

«Я дочь царя Заколдованного города, который правит всей этой страной. В нашем городе есть драгоценное сокровище, которое один из колдунов и волшебников изготовил и спрятал на острове неподалеку от нашего города».

Тут даже Олег не выдержал:

— Девка царевна откуда появилась?

— Да не было там никакой царевны, это была обычная рабыня, но очень красивая. Разбойники были, но я, о пески моей души, продолжу легенды про меня. Царевна рассказывала про своего отца: «Отец сделал также медную фигуру, которую установил у городских ворот. Когда какой-нибудь чужак входит в город, этот медный истукан кричит на него, сбегаются люди и хватают пришельца. Сегодня он крикнул у ворот, все жители города поспешили туда, и с ними мой отец и его везир, а я осталась одна во дворец. Вдруг эти рабы ворвались ко мне и похитили меня и привели сюда, говоря: „Давно уже мы ждём такого случая“. Когда я услышала, что они говорят, у меня затрепетало сердце и я потеряла надежду на спасение. Но тут пришел ты и освободил меня, и я навеки обязана тебе за твое благодеяние. Когда мой отец узнает, что ты сделал для меня, он щедро вознаградит тебя за это и, если ты захочешь, сделает своим помощником и наместником».

Мухаммад еле слышно пробормотал:

— Медные истуканы охраняют только вход в Ад.

Услышав слова Мухаммада, Али ухмыльнулся, но промолчал.

— Я ей сказал: «Радуйся благополучию и освобождению и ничего не бойся».

Потом мы вместе пошли к городу. А причиной похищения девушки было то, что о её красоте прослышал царь чернокожих, его сердце наполнилось любовью к ней, и он только и думал, что о той девушке и о её совершенствах. Он отправил своего везиря к царю, отцу девушки, чтобы посватать её, но тот отверг его сватовство, и везир возвратился ни с чем. Царь чернокожих, разгневавшись, крикнул: «Я должен похитить её, а после этого убить её отца и разрушить их город!»

Олег хрюкнул от удовольствия:

— Не было царя, там был пастух — царь чёрных баранов.

Зибак, по прозвищу Каирская ртуть, ещё шире улыбнулся и продолжил:

— Царь позвал к себе несколько знаменитых разбойников и приказал им идти к Заколдованному городу и хитростью добыть дочь царя. Если они выполнят это, он обещал наградить их, как они захотят.

Разбойники направились к этому городу, переоделись купцами и, войдя туда, остановились в одном из постоялых дворов и стали поджидать удобный случай, пока он им не представился в тот день.