Так вот, если в ходе выполнения нашей Глав-Зад возникнет хотя бы даже намёк на массовый пуск (две и более ракет уходят за границу района), по Арсеналу мгновенно отработают двенадцать установок «Смерч» и вопрос будет закрыт.

Нет, не ослышался.

Вот это новости.

«А мужики-то и не в курсе».

Сидим здесь себе да выгадываем, где б чего пожрать стырить…

– Но там же тонны отравы… – растерянно пробормотал Митя, полжизни проработавший в Арсенале. – Вы представляете, что будет с Городом?!

Стёпа немного успокоил публику, заявив, что если речь идёт только о фосгене и хлоре, запасы которых хранятся в Арсенале, то при всей катастрофичности применения РСЗО «Смерч» (реактивная система залпового огня) по Арсеналу выживших в Городе будет больше, чем погибших. Зима, окна в квартирах в основном заделаны, люди сидят дома, и практически в каждой семье есть противогазы. При внезапной атаке больше всего пострадают кварталы, расположенные рядом с Арсеналом, всем прочим достанется меньше.

Но! Но…

Высока вероятность развития другого сценария.

Террористы – они не идиоты и не маньяки.

Они тут просто работают.

Да, работа у них такая, свержение режимов, организация разного цвета революций и «народно-освободительных» войн.

То есть они прекрасно знают, что никто не собирается выполнять их дикие требования. И их вполне устроит, если по Городу будет нанесён удар. Потому что это в первую очередь будет удар по международному статусу и престижу России или, что вернее, по её руководству.

И разумеется, они постараются максимизировать потери, которые будут вызваны этим ударом.

– Это как? – заинтересовался Иван.

– Ну, например, из тридцати восьми ракет пять-шесть уйдут не по целям, а в городские кварталы. А если, ко всему прочему, непосредственно перед ударом сгенерировать ситуацию, когда люди в массовом порядке выйдут на улицы, соберутся в большие толпы и останутся без противогазов…

– И как же это можно такое сгенерировать? – недоверчиво усмехнулся Андрей Фёдорович. – Ты попробуй их из квартир выгони. Трактором не вытащишь!

– Есть масса наработанных методик, – пояснил Стёпа. – А в вашем случае это вообще очень просто.

– Например?

– Например, бросить клич, что завтра в десять утра в магазинах будет раздача продуктов. Ну и… хм… не просто так давать будут, а менять на противогазы.

– Нет, это бред, – покачал головой осторожный Паша. – Ну это же сразу понятно: если противогазы на жратву меняют, значит, будет какая-то пакость. Никто не поведется.

– Это для тебя бред, – поддержал Стёпу Иван. – У тебя куча муки в загашнике, и если повезёт, после полуночи сарай будет забит тушёнкой (тут он суеверно перекрестился и трижды сплюнул через левое плечо)… А для всех остальных, кто с голоду пухнет, это будет за счастье.

Ну вот и прикинь, на Предмостную к гипермаркету тысяч пять-шесть выйдут и к четырём большим магазинам по районам по полторы-две тысячи…

– И когда истекает срок ультиматума? – спросила Нинель.

– Послезавтра, – сказал Лиза.

– Ох ты, мать твою… – всполошился Иван. – А времени-то маловато осталось!

– Ну так я об этом и говорю, – сердито буркнула Лиза. – Вы что, думаете, я вас тут тупо агитирую «за Власть Советов»? Нет, ребята, я вам просто довожу обстановку и условия выполнения задачи. Вы закончили обмениваться мнениями или как? А то ведь мы можем мило болтать до послезавтра…

– Закончили, закончили, излагай! – поторопил Лизу Андрей Фёдорович.

– Итак, мои мохнатые друзья, мы сейчас с вами пойдём в библиотеку. И с того момента, как прозвучит первый выстрел, начнётся операция «Огонь прикрытия», которая без паузы перейдёт в Основную Операцию. Так что предупреждаю сразу: это будет изматывающая непосильная боевая работа нон-стоп, до победного конца. Тяжёлая, кровопролитная, неблагодарная работа, которая с высокой вероятностью может завершиться неудачей и гибелью всех вас и ваших близких. Так что сейчас у вас будет немного времени, чтобы подумать и отказаться. Насильно никто не тащит, ругать и плевать в спину никто не будет, дело сугубо добровольное.

Тут все притихли и стали думать.

В мастерской плавал полумрак, слабенько разбавленный пламенем двух лучинок, но даже при таком освещении было заметно, что Лиза напряглась и затаила дыхание, ожидая ответа «партизан».

Хм… Кто-то там недавно говорил, что мы обойдёмся без команды Ивана. Или это она просто гоняет рефлексии по факту, проговорила вслух обстановку, сама прониклась и поняла вдруг, что всё совсем не так оптимистично, как казалось за пределами карантинной зоны, если не сказать вообще, что всё очень плохо и практически безнадёжно?