— Остановиться у тебя? Где?

— В моем доме.

— Ну, что ж, идем. — И Патриция подхватила свой багаж.

— Как? Ты не собираешься устраивать сцену? — Брови Майлза удивленно поползли вверх.

— Нет, а с какой стати?

У него вырвался недоверчивый смешок. Отобрав чемодан, Майлз направился к выходу. Патриция с чувством облегчения захлопнула дверь, и, оказавшись на тротуаре, посмотрела на окна второго этажа. Одна из занавесок шевельнулась, и за ней мелькнуло лицо миссис Дэвисон. Девушка с воодушевлением помахала ей ручкой, но этот игривый жест остался без ответа.

— Представляю, какую сцену она сейчас закатывает бедняге майору, — сказала Патриция, когда они уже сели в машину. — А вдруг они не захотят съезжать? — вслух подумала она, повернувшись к своему спутнику. — В конце концов, ведь это же их жилье!

— Ничего подобного, — отрезал Майлз. — Тебе принадлежит весь дом.

— Вот как? — Патриция с интересом посмотрела на него. — Уж не хотите ли вы сказать, что я поселилась в этих угрюмых апартаментах по собственной воле?

— Нет, — улыбнулся он. — На самом деле этот дом купила бабушка. Она решила, что иметь свой угол в Лондоне тебе не помешает.

— Так я ничего не знала?

— Нет, это был сюрприз.

— Слава богу. А то я уже всерьез начинала опасаться, что мне нравилось жить здесь. — Помолчав немного, она задумчиво произнесла: — Моя бабушка очень любит руководить?

— Совершенно верно, — подтвердил Майлз.

— А мой гардероб тоже подобран по ее вкусу?

— Думаю, что, пока вы жили вместе, она старалась привить тебе свои эстетические представления.

Этот уклончивый ответ позабавил Патрицию.

— Пожалуй, это можно перевести как «да», — улыбнулась она. — Но Чарльз Ридман ни словом не обмолвился о том, что этот дом мой.

— Разве он не обещал встретиться с тобой еще раз?

— Да, через пару дней.

— К этому времени он должен будет детально во всем разобраться.

— Раз это моя собственность, — протянула она, рассуждая вслух, — я могу делать с ней все, что мне заблагорассудится?

— Безусловно.

— А моя бабушка может повлиять на решение этого вопроса?

— Теперь, когда тебе исполнился двадцать один год, нет.

— Тогда я хотела бы продать этот дом. Не хочу возвращаться туда.

— Даже после отъезда Дэвисонов?

— Да. Унылое место.

— Одному богу известно, какой характеристики удостоится мое жилище, — рассмеялся Майлз.

Его дом был одним из немногих лондонских особняков, которые могли похвастаться собственным садом. Он располагался в Хэмпстеде, на краю вересковой пустоши, а окружавшие сад высокие стены делали его совершенно незаметным с улицы. Это был небольшой, но весьма изящный образец георгианской архитектуры, который не портили даже круглые башенки с коническими крышами, пристроенные по бокам фасада кем-то из прежних владельцев. Интерьер особняка поражал богатством и разнообразием — орнаменты, картины на стенах, мебель являли собой настоящие произведения искусства. И, вместе с тем, обстановка отнюдь не казалась музейной, а излучала уют и гостеприимство.

Осмотрев комнаты первого этажа, Патриция вернулась к выходу в вестибюль, где поджидал ее Майлз.

— Вы живете здесь один? — спросила она, эффектно прислонившись к дверному косяку.

— Да, один, но можно позвонить экономке и попросить ее пожить с нами, если ты пожелаешь, — ответил он, пряча улыбку.

— Которая из комнат моя?

— Я провожу тебя.

Майлз повел ее наверх по широкой деревянной лестнице в заднюю часть здания, где размещалась изысканно обставленная комната с роскошной кроватью.

— Здесь, как правило, жили старшие дочери, — пояснил хозяин. — Так что не удивляйся обилию зеркал и размеру платяных шкафов.

— Хотите сказать, что лучшего места для моих обнов не найти? — рассмеялась Патриция.

— Постель еще не готова. Я сейчас все принесу.

— У вас есть сестра? Она спала здесь? — расспрашивала девушка, пока они общими усилиями управлялись с постелью.

— Увы, я единственный ребенок в семье. И конечно, такой большой дом не для меня. Думаю, практичнее было бы продать его и приобрести взамен квартиру с гостиничным обслуживанием, но здесь словно царит дух моих предков, так что я пока так и не решился на это.

— О, этого ни в коем случае не надо делать! — запротестовала Патриция, не на шутку перепугавшись. — Это потрясающий дом.

— Тебе нравится? Но он почти такой же старый, как и тот, в Челси.

— Там просто дышать нечем от скуки и затхлости, а здесь очень красиво и уютно, возразила девушка. — Пожалуй, я снова начну распаковываться, — добавила она, разглаживая последние складки на покрывале. — Мы пойдем куда-нибудь пообедать?

— Конечно. Сколько времени уйдет у тебя на сборы?