Патриция секунду созерцала его из-под полуопущенных век, после чего решительно сказала:

— Так почему я сбежала? Должна же быть какая-то причина! — Не получив ответа, она одним глотком допила коктейль и вскочила на ноги. — Я должна знать правду, неужели это так трудно понять? Как я могу верить вам, если даже не представляю, что толкнуло меня на этот шаг? Мы что, поссорились? Или я решила вернуть вам слово?

Майлз безмолвно внимал этой тираде, крепко вцепившись руками в подлокотники кресла.

— Если бы я знал, почему ты исчезла… — с горечью перебил он, поднимаясь с места. — Я постоянно задавался этим вопросом и, кажется, даже во сне продолжал искать ответ. Ты не оставила даже записки — ничего. Это была жестокая выходка.

— А жестокость была мне свойственна?

— Что ты! Это было так на тебя не похоже. Но в последние недели ты была явно не в своей тарелке, замкнулась в себе. Я списывал все на предсвадебное волнение, но, видимо, существовали более глубокие причины.

— Где и как мы виделись в последний раз? Расскажите мне об этом.

Майлз не заставил себя дважды упрашивать.

— Это было накануне твоего исчезновения. Мы отправились в церковь. Свадебную церемонию организовывала твоя бабушка, и она же настояла на репетиции. — Помолчав, он добавил: — В руках у тебя был носовой платок. Ты стояла и методично рвала его в клочья… Мне оставалось утешаться только тем, что через неделю все будет уже позади, и я смогу увезти тебя куда-нибудь, где мы сможем, наконец, расслабиться.

— Вы уверены, что не знаете ни о чем, что мешало бы мне чувствовать себя счастливой?

— Абсолютно. — Он выдержал паузу. — Хотя нет, не совсем так. — Патриция впилась в его лицо испытующим взглядом. — Твоя бабушка всегда хотела нашего брака, — продолжал он. — Ее самым заветным желанием было соединить исторические судьбы двух семейств. В прошлом один из Кейнов женился на девушке из семейства Шандо, но, к несчастью, она погибла при родах, и наследник с двойной фамилией так и не увидел свет. Боюсь, что когда бабушка привезла тебя в Лондон, то имела неосторожность поделиться этой информацией.

— Прямо так взяла и брякнула?

— Нет, она не была столь прямолинейной. Но об этом свидетельствовала масса неприметных признаков. И мне иногда приходило в голову, что она поторопилась осуществить свой план, тогда как ты была еще не вполне готова к этому.

— Но вы продолжали ей подыгрывать. — На лице Патриции отразилось недоумение.

— Мне хотелось освободить тебя от ее… влияния.

— И я попала «из огня да в полымя», — прокомментировала девушка. — Как удачно, однако, что вы изволили влюбиться именно в меня!

— Стоило мне увидеть тебя, и я пропал, — просто сказал Майлз.

Ответом ему был язвительный смех Патриции.

— И вы еще удивляетесь, что у меня пропало желание выходить за вас! — Глядя на побледневшее и разом как-то осунувшееся лицо Кейна, она поняла, что наступила на больную мозоль, и без колебаний решила воспользоваться этим. — Можно узнать, — в ее голосе зазвенело презрение, — вы со всеми женщинами обращаетесь таким образом? Похоже, что для вас и здесь на первом месте принцип «время — деньги».

— В моей жизни не было других прецедентов. — Кулаки Майлза сжались.

— Вот как? Я должна быть польщена? — воскликнула она с ядовитой иронией. — Вы и в самом деле потеряли сон и аппетит из-за маленькой беглянки? Наивной дурочки, которую использовали для объединения капиталов? А останься я с вами, вы бы, разумеется, продолжали сдувать с меня пылинки и после свадьбы? Ясно, что вам приходилось демонстрировать какую-то видимость чувств, когда женщину пора тащить в постель.

— Никакая корысть не омрачала наши отношения, — яростно процедил он сквозь зубы и, шагнув к Патриции, железной рукой сжал ее запястье.

— Как?! — насмешливо бросила девушка. — Оказывается, такие холоднокровные создания, как вы, умеют выказывать эмоции? Невероятно. С вашим самообладанием…

На Кейна было страшно смотреть. Завладев ее второй рукой, он зарычал:

— Чего ты добиваешься? Хочешь разбудить во мне зверя? Ждешь, пока я физически не смогу выносить эту боль?