— Добрый вечер, — бросила миссис Феррарс, не глядя на Элинор, — только я понятия не имею, кто из вас кто. Я уже сказала Фанни, что она пригласила слишком много девчонок, а мне недосуг запоминать ваши имена. Так что можете на это не рассчитывать.

— Мы и не рассчитываем, — громко ответила Марианна, стоявшая за спиной у сестры.

Миссис Феррарс сделала вид, что не слышит. Это была миниатюрная надменная женщина в темном дорогом платье; ее руки, унизанными бриллиантовыми перстнями, напоминали скрюченные птичьи лапки.

— Мы свояченицы Фанни, — подсказала Элинор.

Миссис Феррарс фыркнула.

Элинор предостерегающим жестом положила ладонь Марианне на плечо.

— Мы выросли в Норленде. И знакомы с Гарри, — сказала она.

Миссис Феррарс продолжала смотреть мимо них.

— Гарри мой внук.

— Да-да, мы знаем.

Острым взглядом своих маленьких, темных, как ягоды смородины, глаз миссис Феррарс обежала всех, кто находился в комнате, кроме них.

— Гарри унаследует Норленд, — громко объявила она.

— Это мы тоже знаем.

— И нам все равно, — сказала Марианна. — Если вас это волнует.

Миссис Феррарс выпрямила спину.

— Где Фанни? — спросила она.

— Здесь, мама, — откликнулась та, мгновенно материализовавшись у матери из-за спины. Вместо приветствия Фанни наградила Марианну с Элинор пренебрежительной ухмылкой.

— Очень мило, что вы смогли приехать.

Она подхватила миссис Феррарс под руку; Элинор невольно обратила внимание, что руки у Фанни точь-в-точь такие, как у матери, только моложе.

— Мама, думаю, Элли с Марианной нас извинят, но мне надо познакомить тебя с нашими очаровательными новыми знакомыми. Милейшие девушки. Гарри от них в полном восторге.

— Девушки? — скорчив гримасу, пробормотала миссис Феррарс.

Фанни одарила Марианну и Элинор новой безжалостной улыбкой.

— Да, мама, девушки. Приятнейшие. Мы с Мэри их просто обожаем. Да ты ведь и сама любишь молодежь.

Миссис Феррарс поглядела на дочь и опять фыркнула.

— Я?

Фанни игриво хихикнула.

— О, сестры Стил тебе понравятся! — Она скользнула презрительным взглядом по родственницам мужа. — Ужин скоро подадут, — бросила Фанни, как будто они явились исключительно ради еды. — Фуршет, поскольку народу слишком много, но всё из «Оттоленги». Правда, у них великолепная кухня?

— Боже, — вздохнула Марианна, почти не стараясь понизить голос, — какой ужас! Самый длинный и скучный ужин в моей жизни. А так украшать блюда ради фуршета, по-моему, это чистая показуха, особенно когда гости даже не сидят за столом, а топчутся вокруг с тарелками и вилками. Кстати, кто бы мог подумать, что люди, вроде бы получившие лучшее в стране образование, окажутся такими скучными и заурядными?

— Шшш, — автоматически одернула сестру Элинор.

— Машины и политика — это все, о чем говорят мужчины. А женщины вообще обсуждают какую-то чушь.

Элинор склонилась к сестре.

— Эм, тебя могут услышать.

Марианна слегка вздернула подбородок.

— Мне все равно, если меня услышат. Зачем мы здесь? Почему нам надо общаться с…

— Джон и Фанни, — твердо произнесла Элинор, — наша семья.Мы обязаны были прийти.

— И с чего это Фанни так носится с сестричками Стил? Только посмотри, какая теплая компания: она со своей мамашей и с твоей подругой Люси.

— Люси мне не подруга.

Марианна с лукавой улыбкой покосилась на сестру.

— Онасчитает по-другому.

Элинор грустно сказала:

— Такие вещи обычно говорит Магз.

— Не надо! Не надо, прошу.Я так скучаю по Магз! Я скучаю…

Внезапно дверь гостиной распахнулась: на пороге стоял Гарри в пижаме и с выражением упрямого недовольства на лице.

— О! — немедленно вскричала Мэри Мидлтон. — Человек-паук! Смотрите, у него человек-паук! Мой Уильям просто обожает свою пижаму с человеком-пауком!

Фанни, желая продемонстрировать, что ее материнское рвение не уступает энтузиазму Мэри, кинулась к сыну и присела возле него на корточки.

— О, мой котенок…

Но тут Гарри закричал:

— Не хочу ложиться!

Фанни попыталась успокоить ребенка, обняв его и прижав к себе, но он немедленно высвободился из ее объятий.