— Вы готовы сделать это для меня?

— Это и многое другое. Сколько раз мне надо повторять? — Он помолчал. — Тарн, в твоей жизни произошло нечто, из-за чего тебе трудно поверить мне. Ты расскажешь мне — когда-нибудь?

— Да, — глухо проговорила она, опустив глаза. — Когда-нибудь.

Вернувшись домой, Тарн увидела на диване в гостиной Деллу.

— Привет! — воскликнула она. — Я думала, ты спишь.

— Нет. — Делла встала. — Меня тревожит кое-что, и я хочу поговорить с тобой. Тарн, ты помолвлена с Каспаром Брэндоном?

От удивления Тарн открыла рот. Делла не может знать. Это невозможно!

— Я не понимаю.

— Я тоже. Но я нашла вот это. — Делла достала из кармана кольцо Эви. — Оно лежало на полке, и я… Теперь я верю, что он бабник и обманщик. И вот доказательство. Пожалуйста, скажи мне, что согласилась на помолвку в своих целях, а не потому, что поддалась его обаянию и его лжи.

— Делла, притормози. — У Тарн кружилась голова. — О чем ты говоришь, во имя неба? Это обручальное кольцо Эви. Это ее бриллианты, а не мои.

Делла усмехнулась:

— Бриллианты? Черта с два! Это цирконы. Они эффектно выглядят, но во много раз дешевле настоящих бриллиантов. — Она покачала головой. — Признаюсь, у меня были сомнения насчет Эви. Я всегда считала ее пустышкой. Но Каз Брэндон гораздо хуже. Еще большая фальшивка, чем его так называемые бриллианты. Я не одобряла твои планы, но ты оказалась права. Он затащил бедную глупышку к себе в постель и выбросил, когда она ему надоела. И я выяснила еще кое-что. Место, куда ее заперли… Он член попечительского совета «Убежища». Поэтому тебе так трудно добиться посещений.

— Ты уверена? — тихо спросила Тарн.

— Я нашла в Интернете сведения о том, чем он занимается помимо руководства издательским домом. Он не только член попечительского совета, а еще и один из спонсоров. С его деньгами что угодно сойдет с рук. Теперь я с тобой. И если потребуется, помогу уничтожить его.

Жгучая боль пронзила Тарн, когда она вспомнила, как Каз обнимал ее. «Он выбирает приманку в соответствии с интересами жертв, — подумала она. — С Эви это были гламур и высший свет. Со мной — секс. И я почти попалась на его удочку. Как можно быть такой слабой? Такой глупой?»

— Это кольцо сразу мне не понравилось, — заметила Тарн после паузы. — Слишком большое, слишком претенциозное. Каз Брэндон до конца своих дней будет сожалеть о том, что сделал с Эви.

«И со мной, — мысленно добавила она. — А долго ли придется сожалеть мне?»

Возможно, тоже до конца своих дней.

Тарн считала, что все происходит слишком быстро. И зашло слишком далеко. Она чувствовала себя лыжником-новичком, неведомо как очутившимся на крутом склоне.

Первым шоком для нее стала молниеносная продажа квартиры Каза.

— Мне сделали сразу четыре предложения, — сообщил он. — Даже агенты удивляются.

— Ну, это красивая квартира, — заметила Тарн.

— Но, увы, не настолько красивая, чтобы заставить тебя забыть мои холостяцкие прегрешения и поселиться в ней.

Следующим шоком стал осмотр квартир, о которых Тарн могла только мечтать.

— Там очень мило, — сказала Тарн, когда они вернулись в квартиру Каза после осмотра очередного пентхауса, — но слишком помпезно. По-моему, никто не решится резать лук в такой кухне. И зачем нам горячая вода в саду на крыше?

Каз привлек ее к себе и поцеловал:

— А меня привлекла просторная ванная. Может быть, стоит испортить риелтору день и попросить показать что-нибудь попроще? — Он посмотрел на Тарн. — И чем скорее, тем лучше. Ты выглядишь напряженной, дорогая. Может быть, предсвадебные заботы слишком тяжелы для тебя?

Если бы он только знал… Тарн проводила бессонные ночи, повторяя снова и снова, что все происходящее с ней нереально, кроме, может быть, ее инстинктивной реакции на ласки Каза.

Она заставила себя улыбнуться:

— Вряд ли. Ведь мы даже не назначили дату свадьбы.

— Еще один вопрос, который надо решать. Ты по-прежнему хочешь держать нашу помолвку в секрете или, наоборот, решила дать объявление в «Таймс»?

«Теперь или никогда», — подумала Тарн.

— Праздник в саду состоится на следующей неделе. Может, мы объявим о помолвке там? То есть если вы не возражаете.

Каз удивленно поднял брови:

— Это было бы замечательно. Но ты уверена?

Она пожала плечами:

— Я начинаю привыкать к этой мысли. Хотя, конечно, мне сразу придется подать заявление об уходе.