— Можно я попробую? — нерешительно предложила Тарн. — Мне уже приходилось выполнять такую работу.

Лайза вперила в нее удивленный взгляд:

— Вы серьезно? Даже если вы просто исправите грамматику и орфографию, это уже огромное дело.

Тарн вернулась за свой стол, просмотрела рукопись и застонала. Точь-в-точь как говорила Лайза. Сплошной кошмар.

Но она вспомнила пространные корявые автобиографии и бессвязно написанные мемуары, которые она превращала в нечто читаемое и продаваемое.

Рассказ, по крайней мере, был коротким. И за нагромождением вычурных фраз просматривалась его суть.

«Я никогда не работала с художественной литературой, — размышляла Тарн. — Это нечто новое. Но завтра Лайза получит готовый рассказ».

Сотрудники расходились, когда она начала работать, а когда закончила, в здании было темно и пустынно.

Тарн распечатала последний вариант, скрепила листы и отнесла Лайзе на стол. Потом вернулась к себе, на ходу заправляя белую кофточку в серую юбку, и села за стол допивать кофе.

С тех пор как две недели назад она устроила встречу с Казом в лифте, ей не удавалось увидеть его даже мельком.

Она была уверена, что он находит ее привлекательной. Но не делает никаких шагов навстречу. А в офисе ходили разговоры, что его отношения с Джин-ни Фрезер достаточно серьезны.

Кроме того, ее предупредили, что Каз никогда не заводит романы на работе. Из чего следовало, что он очень хотел добиться бедняжки Эви. А если он однажды пошел наперекор своему сомнительному принципу, можно заставить его сделать это еще раз.

Однако Тарн вспомнила старый рецепт приготовления рагу из зайца, который начинался словами: «Прежде всего поймайте зайца».

Пора навестить Эви, но она хотела прийти к ней с хорошими новостями. А кто знает, когда они появятся?

Когда Тарн шла по коридору к лифту, знакомый мужской голос спросил:

— Сверхурочная работа, мисс Десмонд?

Тарн испугалась, словно ей вдруг явился призрак. Она резко обернулась и уронила сумочку.

Только что девушка спрашивала себя, не тратит ли она время зря, и вот Каз Брэндон стоит перед ней в пустом коридоре. Неужели ее мысленный призыв сработал?

— Вы испугали меня, — ответила она хрипло.

— Я забеспокоился, вернувшись за кейсом и увидев на этом этаже свет. Чем вы занимаетесь так поздно?

— Сверхурочной работой. — Тарн опустилась на одно колено и стала собирать рассыпавшееся содержимое сумочки. — Но не беспокойтесь. Это добровольно и бесплатно. Мне очень хотелось завершить одно дело.

— Хотелось — не то слово, — сухо заметил Каз, протягивая ей откатившуюся к его ногам губную помаду. — Вам что, мало рабочего дня? Или вы не можете найти лучшее занятие по вечерам?

— Как правило, могу. — Тарн встала и застегнула сумочку. — Сегодняшний вечер — исключение.

Она понимала, что все делает не так, но неожиданное появление Каза выбило ее из колеи.

Кроме того, она чувствовала себя неопрятной в одежде, которую носила целый день. И не догадалась прыснуть на себя духами или подкрасить губы.

А мистер Брэндон выглядел элегантно в темном костюме и ярко-красном шелковом галстуке.

«Это мой шанс, — сказала она себе. — Другой может не представиться. И получится, что я зря теряла время. Я столько раз репетировала такую встречу, а сейчас, как ни смешно, не знаю, что говорить. И что делать.

— У вас усталый вид. Когда вы ели в последний раз? — поинтересовался Каз.

— За ланчем.

— Тогда я приглашаю вас поесть. И выпить. Недалеко есть итальянский ресторанчик.

— Нет, пожалуйста, со мной все в порядке. — Это то, чего она добивалась, но голова, похоже, отказывается работать. — Я не хочу доставлять вам беспокойство.

Он пожал плечами:

— Никакого беспокойства. Считайте это вознаграждением за преданность фирме. — Каз помолчал. — Ну что, идем?

И Тарн произнесла каким-то не своим голосом:

— Если так, да, пожалуйста.

Тарн шла рядом с Казом по освещенной фонарями улице. Это было именно то, чего она так желала, к чему стремилась. Но теперь, когда судьба неожиданно улыбнулась ей, инстинкт кричал, что надо бежать. Немедленно.

Когда они приблизились к краю тротуара, Тарн споткнулась. Каз мгновенно подхватил ее под руку.

— Осторожно, — предупредил он.

Тепло его прикосновения между тем проникало сквозь ткань ее жакета.