Ёжик прислушался к ощущениям. Страха пока не было. Наверное, он не верил, что может вот так запросто погибнуть.

— А зачем ты превращаешься в противника? — спросил он у Куно.

— Так заведено, — ответил мимик. — Так было всегда. Таков кодекс.

— Что такое кодекс?

— Не знаю, это говорили родители, когда я был маленький. Вроде как законы, по которым живешь.

— Ты сейчас сам? Где твои родственники?

— Я же уже взрослый, просто выгляжу как ты. Не забывай, что я мимик. Родители давно умерли, мимики вообще живут недолго. В конце концов, нас убивают, какими сильными бы мы не были.

— Значит, нам надо драться?

— Пожалуй, надо. — Куно достал из-за пазухи нож. — У тебя есть оружие?

— Кажется, нет.

— Тогда держи, у меня найдется еще один. — Мимик присел и кинул по полу нож к Ёжику.

Мальчишка поднял оружие и подержал на ладони. Прикоснулся пальцем к лезвию. Нож был острым и опасным на вид. Ёжик представил, как он погружается в тело другого человека, на руки выплескивается кровь. Картина выглядела скверной. Хотя тогда, когда Горох давил своим весом, Ёжику хотелось его убить. В мечтах он не раз побеждал врага на рыцарских поединках или в перестрелках из ковбойских фильмов. Но вот так реально ударить ножом…

— Ты готов? — спросил Куно.

— Нет, — ответил Ёжик. — Знаешь, я не чувствую к тебе злости.

— Как ни странно, я к тебе тоже. — Куно подбросил вытащенный нож и ловко поймал его за лезвие. — Раньше такого не было. Я дрался и убивал, не задумываясь. Наверное, я уже забыл, что значит быть ребенком.

Он снова подбросил нож, но не поймал, и тот упал на пол.

— Говорят, что дети более жестокие, чем взрослые, — сказал Ёжик.

— Да? А тот, кто это придумал, не видел, как саргарцы переделывали живых людей на свои механизмы? Крики несчастных им не мешали. Или, может, он знаком с Черным Ольмом, что потрошил своих пленников, как кроликов? Нет, мне не хочется тебя убивать.

Куно поднял нож и сунул в карман.

— Тогда что нам делать? — спросил Ёжик. — Не помнишь, что сказано в условиях этой магии? Должен остаться один победитель? Но там не сказано, что мы должны именно драться?

— Кажется, нет, — задумался Куно и улыбнулся. — А что, это может сработать. Пойдем в мою комнату.

Он открыл одну из дверей и поманил Ёжика за собой. В сумраке комнаты, где сквозь шторы пробивался тусклый свет, мимик раскрыл сундук и выудил из него шахматную доску.

— Играть умеешь? — спросил он.

Ёжик кивнул.

— А они не умеют, — сказал Куно. — Те, с кем мне приходится со-тру-дни-чать. Тупые, да? Ты хорошо играешь?

— Неплохо. Наверное, — ответил Ёжик, вспомнив школьные соревнования.

— Тогда мы сыграем, и победителем останется только один. Расставляй! — Мимик высыпал фигуры на пол и мальчишки принялись ставить их на доску.

***

Узкий проход за таверной выглядел, как загон для скота. Дома давили со всех сторон, заставляли шерсть на затылке подниматься дыбом и обнажать клыки в оскале. Из пасти вырывался неконтролируемый рык. Хотелось броситься на врага, повалить на землю и впиться в горло, почувствовав вкус крови, но Волчица сдержалась. Она ощущала опасность. Закутанный в звериную шкуру человек с бронзовой кожей улыбался, глядя на нее, спокойно и уверенно. Запаха страха, который обычно возникает у противника при виде черного волка, не было.

— Человек-волк, — сказал бронзовокожий, и в его голосе слышалось дыхание горячей пустыни, журчание ручья в оазисе и шелест листвы, дающей спасительную тень. Захотелось подчиниться словам этого человека, стать маленьким волчонком и подползти на животе к его ногам, чтобы он постоянно говорил с ней так. Может быть, даже почесал за ухом.

— Человек-волк, — повторил Брун-вызыватель. — Я был бы рад, если бы ты присоединилась к моему зверинцу, но не могу этого сделать — Ястреб приказал разделаться со всеми вами. Прости, я не ослушаюсь своего друга.

Он вновь широко улыбнулся, продемонстрировав большие белые зубы. Волчица припала к земле, готовясь к прыжку. Главное, не слушать сладкие речи, не смотреть в глаза.

— С кем же ты будешь драться? — спросил сам у себя вызыватель. — С гигантским пауком? Нет — он замотает тебя в кокон и выпьет кровь. Не эстетичное зрелище и много визга. Лучше вызвать стремительного противника, яростного, безжалостного. Я даже знаю, кого. О! Это будет зрелищный бой. Надеюсь, что ты меня не разочаруешь.

Илва бросилась на врага, но по необъяснимой для себя причине промахнулась — Брун мягко сместился влево, и ее рот вместо того, чтобы ощутить вкус крови, наполнился снегом, в который она зарылась с головой.

— Мантикора — вот от чьих лап ты погибнешь, — сказал вызыватель.

Он вытянул руки, что-то прошептал, и перед ним в снежном вихре появился зверь, которого он назвал мантикорой. Словно в заснеженный город перенеслась часть Саргарии с ее песками, палящим солнцем и подстерегающими путников чудовищами. Мантикора на мгновение замерла, появилась возможность разглядеть пышную полосатую шерсть на ее теле и мощные кошачьи лапы. Зевнула, продемонстрировав два ряда острых акульих зубов, а затем подняла гибкий хвост с шаром колючек на конце.